Ирландский легион

Появление ирландских частей во Франции

Впервые подданные Британской короны, преимущественно ирландцы, а также англичане и шотландцы, в числе около 25 000 человек, появилась во Франции в 1689 году после бегства в изгнание вместе с королем Яковом II. Начиная с 1704 года, они могли официально вступать на французскую службу, получив права и привилегии, сопоставимые с французскими подданными.
В начале XVIII века из англоговорящих добровольцев были созданы несколько ирландских полков, которые объединили в бригаду.
Однако к 1742 году ирландские части начали терять свое значение.
На момент революции в королевской Франции существовало три ирландских полка: Диллона, Бервика и Уэлша.
В 1789 году правительство предприняло попытку расформировать все ирландские, германские, итальянские и швейцарские полки, ссылаясь на то, что французская нация не должна использовать «иностранных наемников».

Ирландские части, которые были изгнаны из французской республиканской армии, были одними из самых опытных и хорошо подготовленных, и вскоре стало ясно, что новая армия стала намного слабее без них.
Некоторые франко-ирландские изгнанники к 1797 году начали возвращаться во французские полки, хотя большинство по-прежнему не доверяло обещаниям революционного правительства, а резня швейцарской гвардии все еще оставалась свежей в памяти всех иностранных наемников.
В итоге, из практических соображений было решено просто переименовать иностранные полки во французские пехотные с назначением им соответствующих номеров; только швейцарцы действительно были распущены.

Создание Ирландского легиона

Бурный период революционных изменений, многочисленные реорганизации армии и события на международной арене привели к тому, что к началу XIX века во Франции уже не существовало ни одного национального ирландского полка. Новый этап в их истории начался с подписания Первым консулом Бонапартом 3 апреля 1803 года декрета о создании Ирландского легиона.

По плану Наполеона, легион должен был служить не только военным подразделением, но и стать будущей «школой кадров», готовя офицеров для Ирландской Армии, которую планировалось создать после высадки французских войск в Ирландии. Благодаря этому в первые три года существования легиона количество офицеров значительно превышало количество рядовых.

Личный состав новой части собирался из этнических ирландцев, живущих во Франции, а также из французов с ирландскими корнями.

Исследование

Что касается этнического состава личного состава Ирландского легиона, хочется сослаться на работу Nicholas Dunne-Lynch «La Légion Irlandaise au Service de la France, 1803-15» (Николас Данн-Линч «Ирландский легион на службе Франции, 1803-1815 гг.»).

Это предварительное исследование, основанное на данных о составе войск Ирландского легиона (1803-1815 гг.), которых сохранилось семь томов.
…Целью данного исследования является установление того, существовало ли явное предпочтение уроженцам Ирландии при назначении унтер-офицеров в период существования полка (1803-1815 гг.). В указе о создании Ирландского легиона в 1803 году четко указано, что офицеры и солдаты должны быть ирландцами или сыновьями ирландцев, но с самого начала в ряды принимались лица неирландского происхождения всех званий, сначала только французы, но со временем – представители 20 национальностей.
В связи с этим возникает вопрос, была ли бы разумной предвзятость в пользу ирландцев.
Численный состав солдат, унтер-офицеров и офицеров Ирландского легиона: 

 

Вскоре национальный состав настолько изменился, что к 1813 году ирландский характер почти исчез из рядов полка, как показано в таблице ниже.

 

 

Сокращение числа новобранцев в Ирландии усугубилось ухудшением военной обстановки.
После Первой Реставрации их численность стала слишком низкой, чтобы принимать их во внимание.

Унтер-офицеры, получившие офицерское звание:

Комментарии

Число офицеров

Больше ирландских солдат и унтер-офицеров получили офицерские звания. Это может быть связано с тем, что по меньшей мере 50% ирландских унтер-офицеров были офицерами-стажерами, ожидающими офицерского звания, которые записались в армию с условием повышения в звании, как только появится вакансия. Все они получили офицерские звания в 1804 году.
Два французских офицера, по-видимому, также имели такой статус, и оба получили офицерские звания в том же году.
Возраст
Ирландцы в целом примерно на 3 года старше французов, но ирландцы, получившие офицерское звание, в среднем на 8,5 лет старше.
Однако один ирландский офицер вносит искажение. Если его исключить, средний возраст ирландских офицеров снизится до 26 лет, что все еще на 3,5 года больше, чем у французов.
Средний год получения офицерского звания у французов — 1808, что на три года больше, чем средний год получения ирландского, сокращая разницу в возрасте до шести месяцев.
Рост
Вопрос роста был важен, особенно для офицеров-карабинеров (гренадеров) и унтер-офицеров, но при продвижении по службе от солдата, через капрала, до сержанта и старшего сержанта, предвзятость в отношении более высоких унтер-офицеров, возможно, уже сформировалась.

Анализ следующий:
1. Ирландские офицеры в целом были на 8 см выше французских (177 против 169 см);
2. Ирландские унтер-офицеры, получившие офицерское звание, были на 10 см выше французских унтер-офицеров, получивших офицерское звание (179 см против 169 см);
3. Ирландские унтер-офицеры, получившие офицерское звание, были на 4 см выше среднего роста всех офицеров (177 см против 173 см);
4. Ирландские унтер-офицеры, получившие офицерское звание, были на 2 см выше ирландцев в целом (179 см против 177 см).
Некоторые предварительные выводы
Хотя присвоение офицерских званий, по-видимому, происходило в упорядоченной последовательности, можно заметить небольшой перевес в пользу ирландцев. Ирландцы были повышены в звании в 1804-1805 годах в соответствии со старшинством.
Два французских унтер-офицера также получили офицерские звания в 1804 году, а еще четыре получили свои звания в течение следующих шести лет.
В общей сложности 10,5% ирландского контингента получили офицерские звания против 8% французского, разница составляет 2,5% в пользу ирландцев, если рассматривать это как процент от общего числа.

 

Что касается офицерского корпуса Ирландского легиона, то:

Первые офицеры были в основном коренными ирландцами, но со временем эта тенденция изменилась. Первоначально большинство офицеров, прибывших в Морле в период с декабря 1803 по январь 1804 года, были либо бывшими повстанцами, либо членами Объединенных ирландцев, все они были беженцами из Ирландии. В таблице ниже показана общая концентрация ирландцев и доля повстанцев среди них.

Ирландские и франко-ирландские офицеры в Ирландском легионе (1803-04 гг.):

 

 

Хотя с декабря 1803 по январь 1804 года на базу в Морле прибыло около пятидесяти офицеров, потребовалось еще семь месяцев, чтобы набрать следующих девятнадцать. Среди них процент коренных ирландцев, а затем и среди ирландцев — повстанцев или членов Объединенных ирландцев, продолжал снижаться.
Первый главнокомандующий, адъютант-командир Бернард МакШихи, родился в Ирландии и в подростковом возрасте прибыл во Францию ​​в 1780-х годах в качестве студента Ирландского колледжа.
Джеймс Блэквелл, также уроженец Ирландии, был первым командиром батальона Легиона.
Уильям Баркер прибыл туда десятью годами ранее по той же причине.
Уильям Лоулесс и Джон Теннент, среди прочих, были бывшими членами Объединенных ирландцев, бежавшими из Ирландии еще до восстания 1798 года. Все упомянутые ранее служили во французской армии, Блэквелл и Баркер — до революции, последний — в Ирландской бригаде старого королевского режима.
Среди офицеров, служивших во французской армии во время восстаний 1798 и 1803 годов, видными членами Объединенных ирландцев были Уильям Сорбет в 1798 году, а также Джон Теннент и Уильям Лоулесс в 1799 году.
Вторая категория ирландских офицеров включает тех, кто активно участвовал в одном или двух восстаниях. Самым известным из них является Майлз Бирн, участвовавший в восстании в Уэксфорде в 1798 году, восстании в Уиклоу в том же году и восстании в Дублине в 1803 году.
Большинство ирландских офицеров происходили из высших слоев общества.
О’Малли, Уэр и Фитцхенри были крупными землевладельцами.
Остин О’Малли был потомком знаменитой елизаветинской героини Грейс О’Малли, по прозвищу Грейнуайл, а его двоюродный брат Джордж позже стал полковником в Коннахтских рейнджерах.
Фитцхенри был потомком короля Англии Генриха I и Мейлора Фитцхенри, одного из самых видных ранних норманнов в Ирландии.
Другие офицеры происходили из среднего класса.
Джеймс МакГвайр был изначально портным, а Джон Аллен был партнером в текстильном бизнесе в Дублине, в Колледж-Грин.
В первый состав офицерского корпуса входили несколько юристов, врачи или хирурги, такие как Уильям МакНевен и Джон Камминс, бывший профессор хирургии, такой как Уильям Лоулесс, бывшие офицеры британской армии, такие как Эдвард Мастерсон, или французской армии, такие как Джеймс Перри и Жан Бернар МакШихи, или даже испанской армии, такие как Луи Лейси и Патрик О’Келли.
Патрик МакШихи служил в Республиканской гвардии Парижа в течение шести месяцев после падения Бастилии, и в ирландском ополчении йоменов во время восстания 1798 года, а Джером Даулинг, в свою очередь, служил в британском Королевском флоте.
По меньшей мере один из них был пресвитерианским священником, Артур МакМахон, а также англиканским священником — Джон Ричард Берг. Стоит отметить, что ни в одном отчете не упоминается католический священник.
Несколько офицеров, бывших студентов, исключенных из Тринити-колледжа в Дублине, преподавали английский язык во французских военных академиях.
Офицерский корпус Легиона, отличающийся большим разнообразием, включал офицеров из более чем восемнадцати стран. Хотя подавляющее большинство этих офицеров были уроженцами Ирландии, их доля с годами сократилась.
В таблице ниже показаны восемь основных стран происхождения из этих восемнадцати стран на протяжении всего существования корпуса. Основные страны происхождения офицеров Ирландского легиона, 1803-1815 годы:

Фактически, более половины офицеров, служивших в Ирландском легионе, не имели никаких связей с Ирландией.
ОБЩИЙ ВЫВОД: В общей сложности, числа ирландцев, записавшихся за 12 лет существования Легиона, не хватило бы для формирования ни одного действовавшего батальона.

Реально к формированию легиона приступили 31 августа.
Утверждение о том, что ирландцы в большом количестве подавали заявления на вступление в Легион, было бы преувеличением. Менее ста офицеров и рядовых новобранцев ирландского происхождения или потомков ирландцев записались в армию в период с 1803 по 1806 год. Значительная часть составляли мужчины, бежавшие во Францию ​​после подавления восстания 1798 года.
Среди последних был Майлз Берн (Myles Burne), который в своих «Мемуарах» записал историю Легиона от его образования до расформирования в 1815 году. Это лучшее из доступных описаний истории Ирландского легиона.

Первоначально легион состоял из 1 батальона легкой пехоты и штаба. Командование батальоном было поручено шефу батальона (Chef de Bataillon) Джеймсу Бартоломею Блэквеллу (James Bartholomew Blackwell), уважаемому офицеру, популярному среди ирландской общины.
Фактическое формирование батальона было поручено генерал-адъютанту Бернарду МакШихи (Adjutant-general Bernard MacSheehy), согласно мемуарам Майлза Берна.
По штату батальон насчитывал 8 рот егерей и 1 роту карабинеров.
Рота состояла из:
· капитана;
· лейтенанта;
· су-лейтенанта;
· старшего сержанта;
· 4 сержантов;
· фурьера;
· 8 капралов;
· 120 егерей;
· 2 барабанщиков.
Позднее, в 1804 году, как и в других французских полках легкой пехоты, одна рота егерей была преобразована в роту вольтижеров.

Штаб легиона состоял из:
· шефа батальона;
· старшего адъютанта;
· хирурга;
· тамбур-мажора;
· 4 оружейников.

Местом дислокации Ирландского легиона стало местечко Морлэ, а в дальнейшем, при смене места дислокации, командование стремилось не удалять легион от Бреста, где должен был сосредоточиться флот для вторжения в Англию. Легион был придан Армии Берегов Океана (l’Armée des Côtes de l’Océan)* в ожидании запланированной высадки на Британских островах.
В первые годы своего существования Легион был развернут и в других городах Финистера, таких как Карэ и Лесневен.
11 октября (по Нафзигеру — 10 марта) 1804 г. легион был формально развернут в 2 батальона, хотя в его рядах насчитывалось 66 офицеров и всего 22 нижних чина.
В своём дневнике путешествий по Франции ирландец Кеган О’Рейли (Kegan O’Reilly), который рассматривал возможность вступления в легион, писал:

Однако, на торжественной церемонии, проходившей в Париже 2 декабря 1804 года, легиону было торжественно вручено зеленое знамя с навершием в виде пики. Это достаточно примечательный факт, так как все прочие полки императорской армии получили трехцветные знамена с навершиями в виде орлов.

Короткий срок существования легиона не позволил ему стать сплоченной боевой единицей, а социальная неоднородность состава и длительное ожидание вторжения на Британские острова привели к ухудшению дисциплины.
К примеру, капитаны Корбетт и Теннент не вернулись в часть после коронации императора. Если Теннент все-таки прибыл на службу в феврале 1805 года, то Корбетта уговорили вспомнить о своих обязанностях только благодаря вмешательству военного губернатора Парижа в марте 1805 года.
Еще более показательной стала история конфликта между капитанами Суини и Корбеттом. Когда офицеры Ирландского легиона были обязаны принести присягу на верность Бонапарту и Империи, ряд офицеров-эмигрантов из Ирландии отказались принести присягу, полагая, что это будет противоречить их присяге на верность ирландскому повстанческому движению. Естественно, вспыльчивые ирландцы накалили обстановку, и капитан Джон Суини (John Sweeney), не принесший присягу, был публично осужден своим коллегой, капитаном Томасом Корбетом (Thomas Corbet), младшим братом Уильяма Корбета. Конфликт перерос в драку на плацу, в которой участвовали многие офицеры полка, и в результате оба офицера были арестованы.
Ссора завершилась дуэлью, где оба офицера были ранены; Корбетт получил смертельное ранение, и это стало первой потерей Ирландского легиона. Настоящее состояние дисциплины требовало срочных действий, и 27 сентября, после ряда кадровых изменений, новым командиром был назначен Антуан Петреццоли (Antoine Petrezzoli) из 16-го легкого полка, уроженец Италии, офицер, служивший с Наполеоном в Италии и пользовавшийся доверием императора, но, что более важно, независимый от ирландских фракционных настроений.
В зимние месяцы 1804-1805 годов Легион пополнился 13 ирландцами, дезертирами из 40-го британского пехотного полка, размещенного на острове Джерси в проливе Ла-Манш.
В 1805 году, после поражения французского флота в Трафальгарском сражении, надежды на десантную операцию на Британские острова угасли. Это едва не привело к распаду легиона.

Тем не менее, Легион просуществовал до 1806 года, насчитывая семьдесят шесть солдат и унтер-офицеров.
Великая Армия покинула Булонский лагерь и направилась на восток, а Ирландский легион остался выполнять обязанности гарнизонной службы у берегов Ла-Манша. Согласно мемуарам капитана Майлза Берна, офицеры батальона предприняли беспрецедентный шаг, написав Наполеону напрямую письмо с просьбой о назначении на действительную службу.
В июне 1806 года легион получил приказ выдвинуться из Бретани и присоединиться к Армии Германии.
В ноябре 1806 года они прибыли в Майнц, важный пункт снабжения для Армии Германии. Здесь произошел окончательный переход легиона от политической структуры к боевой. Около 1 200 солдат из разгромленной прусской армии, включая примерно 300 ирландцев, пожелали служить Наполеону (по утверждению Rawkins таких было 1 500 человек, 800 из них — ирландцы). Многие из них участвовали в антибританском восстании 1798 года и были приговорены английским судом к каторжным работам, а затем проданы Пруссии для работы на шахтах в Силезии. С началом войны с Францией эти ирландцы были мобилизованы в прусскую армию, однако почти все предпочли сдаться французам и вступили в Ирландский легион, узнав о его существовании.
С их поступлением легион сформировал два полностью укомплектованных батальона.
На протяжении зимы 1806-1807 годов продолжался набор и обучение новобранцев. Среди них выделялся солдат, ставший особой гордостью ирландцев, — пруссак ростом 208 см, который был назначен тамбур-мажором полка.
Будущее Ирландского легиона стало предметом обсуждения в Министерстве войны и имперском штабе. Маршал Луи-Александр Бертье первоначально отдал приказ 14 декабря 1806 года о том, чтобы легион был объединен с эскадроном гидов-переводчиков (Guides d’Interprétes), также набиравшихся в Майнце, и постоянно придан штабу армии. Из-за большого количества поляков в легионе также предлагалось объединить подразделение с Польским Северным легионом (Légion of the North), однако 20 февраля 1807 года сам Бонапарт вмешался и приказал Ирландскому легиону отправиться к побережью Ла-Манша, чтобы войти в состав гарнизонов в Булони, Антверпене и Вальхерене в качестве сил береговой обороны, защищающих от возможного британского вторжения.
По прибытии в Булонь значительно расширенный батальон был реорганизован для размещения роты вольтижеров и теперь состоял из девяти рот удвоенного состава, насчитывающих приблизительно 160 человек.

Боевые действия в Испании: 2 батальон Ирландского легиона

В марте 1807 года Великая Армия направилась на восток, в то время как Ирландский легион вернулся к побережью Ла-Манша.
В сентябре полк был переброшен на остров Вальхерен, расположенный в устье реки Шельды. По прибытии на остров Вальхерен в декабре его осмотрел генерал Луи Клод Монне де Лорбо (Louis Claude Monnet de Lorbeau), который доложил, что

Не слишком лестная оценка офицеров легиона подтверждается отчетом шефа батальона Петреццоли от декабря 1807 года, в котором отмечается, что

30 декабря 1807 года излишки личного состава каждой роты были использованы для формирования временного батальона из девяти рот, которому немедленно было приказано присоединиться к корпусу маршала Бон-Адриана Жанно де Монсе (Bon-Adrien Jeannot de Moncey), вошедшему в Испанию в январе 1808 года. Командование временным батальоном было поручено капитану Луису Лейси (Luis Lacy), офицеру ирландско-испанского происхождения, выросшему в Испании и свободно владевшему испанским языком.
Остальная часть первоначального батальона была реорганизована и продолжила входить в состав гарнизона на острове Вальхерен, где и офицеры, и солдаты были поражены опасным штаммом «Вальхеренской лихорадки» — малярийным штаммом тифа, и большую часть 1808 года более половины легиона находилось в госпиталях, хотя смертность была на удивление низкой.
Неблагоприятные условия в Зеландии, болезни и отсутствие военной активности вновь привели к конфликтам внутри легиона, к постоянным трениям между ирландскими и польскими офицерами и их итальянским комендантом, который уже обратился к министру войны с просьбой о переводе обратно в регулярный полк.
В январе 1808 года временный батальон Ирландского легиона, состоявший из 8 офицеров и 518 нижних чинов, пересек границу Испании. 
Вскоре произошло загадочное исчезновение командира, капитана Лейси. Будучи уроженцем Испании — выходцем из Андалусии — и ирландцем по отцовской линии, он ранее служил в испанской Ирландской бригаде. Исчезновение капитана было особенно странным, так как его личные вещи и лошадь остались нетронутыми. Высказывались предположения, что возможно, он был убит или похищен испанскими партизанами.
Лишь через год выяснилось, что Ласси дезертировал, а не погиб от рук испанских партизан. Более того, он перешел на сторону испанской армии и в сражении при Окано 19 ноября 1809 года командовал испанской кавалерийской бригадой против Ирландского батальона. Вскоре он занял должность капитан-генерала Каталонии, но в 1812 году попал в немилость у короля Фердинанда, был осужден и расстрелян.
Второго мая 1808 года легионеры с другими войсками вошли в Мадрид для подавления антифранцузского восстания (el Dos de Mayo), где и получили свое первое боевое крещение.
В июле 1808 г. капитан Фитцгенри (Jeremiah Fitzhenry) привел во 2-й батальон, находившийся в то время в Памплоне, пополнение из 600 человек. Выяснилось, что именно он является старшим среди офицеров батальона, и капитан стал его командиром. Присутствие этого батальона пришлось очень вовремя, так как французам надо было сконцентрировать силы, чтобы дать отпор внезапной высадке английских войск генерала сэра Джона Мура. Но экспедиция Мура закончилась 16 января 1809 г. под Корунной, и, к огорчению ирландцев, многие из которых ранее сражались против генерала в Ирландии, встретиться с англичанами в бою в этот раз им не довелось.
1-й батальон, оставшийся в Голландии, также был организован в 6 рот, но имел несколько расширенный штаб: шеф батальона, старший адъютант, квартирмейстер, старший хирург, помощник хирурга, младший адъютант, тамбур-мэтр, портной, оружейник, сапожник, мастер по гетрам.
Ирландский легион вернулся к гарнизонной службе, рутинный ход которой был прерван значительным событием в судьбе части. 17 января 1809 г. ирландцы составили почетный караул, встречавший императора Франции при посещении им Бургоса.

Ирландский легион становится Ирландским полком

Ирландский легион произвел на Наполеона благоприятное впечатление, так как 16 декабря 1808 года императорским указом было предписано переименовать Ирландский легион в Ирландский полк, при этом батальон в Вальхерене был обозначен как 1-й батальон, а временный батальон в Бургосе (Испания) стал 2-м батальоном, и Джером Фитцхенри был должным образом произведён в командиры батальона.
Командиром стал полковник О’Меара (Daniel O’Meara), бывший до этого комендантом Бургоса.
Организационный декрет от 18 февраля 1808 года сократил число рот всех линейных и лёгких пехотных батальонов до шести: двух элитных рот — карабинеров и вольтижеров, и четырёх центральных рот — егерей. В итоге, и Ирландскому полку было приказано реорганизоваться.

Организация Ирландского полка

Батальон получил стандартную для французской пехоты организацию из 6 рот.
В штабе числились:
· шеф батальона;
· старший адъютант;
· младший адъютант;
· тамбур-мэтр;
· 4 оружейника.

Каждая рота в 1808-1813 годах состояла из:
· 1 капитана (Capitaine);
· 1 лейтенанта (Lieutenant);
· 1 су-лейтенанта (Sous-lieutenant);
· 1 старшего сержанта (Sergent-major);
· 4 сержантов (Sergent);
· 1 квартирмейстера-капрала (Caporal-Fourier);
· 8 капралов (Caporaux);
· 4 сапера (Sappeurs) в карабинерных ротах;
· 121 егеря, карабинера или вольтижера (Chasseurs, Carabiniers or Voltigeurs);
· 2 барабанщика (Tambour) (в вольтижерских ротах — корнета — Cornistes).

Штаб полка в 1808-1813 годах был следующим:
· полковник (Colonel);
· майор (Major) — официально командовал 1-м батальоном в полевых условиях;
· 5 шефов батальона (Chef d’Bataillon — по одному на батальон);
· 1 полковой главный адъютант (Regiments-Adjutant-major);
· 5 старших адъютантов (по одному на батальон);
· 1 квартирмейстер-казначей (Quartier Maître Trésorier);
· орлоносец и два ассистента;
· главный хирург (Chirurgien-major) — каждому полевому батальону был назначен один главный хирург и один помощник хирурга, причем старший главный хирург обычно командовал госпиталем;
· 5 помощников хирурга (Chirurgien-aide — по одному на батальон);
· 10 младших адъютантов (по два на батальон);
· тамбурмажор (Tambour-major);
· капрал-барабанщик (Caporal-tambour);
· шеф музыкантов (Chef de Musique);
· 7 музыкантов (Musiciens);
· 1 капрал-сапер (Caporal-Sappeur);
· 1 почтовый служащий (Vaguemestre);
· 1 портной;
· 1 оружейник;
· 1 сапожник;
· 1 мастер по гетрам.

По штатам в полку насчитывалось 108 офицеров и 3 862 нижних чинов, всего 3 970 человек.
Несмотря на название полка, ирландцы составляли большинство только в 1-м и 2-м батальонах. В 3-м и 4-м батальонах, сформированных летом и осенью 1809 г., служили представители любых наций (теоретически — кроме французской).
Однако новые солдаты ирландской национальности, продолжавшие поступать в полк в основном из лагерей военнопленных, направлялись только в первые два батальона.
3-й (сформирован 1 июня 1809 г. в Ландау) и 4-й (сформирован 16 августа 1809 г. в Антверпене) батальоны имели такой же состав, как и первые два.
5-й батальон (сформирован в Антверпене) состоял из 4 рот егерей.

Участие Ирландского полка в боевых действиях

В то время, как было начато формирование трех новых батальонов, полк лишился 1-го и чуть было не потерял полковую святыню — свое знамя и орла. В конце июля 1809 г. у острова Вальхерен, гарнизон которого составляли 1-й батальон Ирландского полка, 2-й батальон Прусского полка, батальон тиральеров По и несколько более мелких формирований, появился британский флот. Спустя несколько дней Флиссинген, главный город острова, оказался в сухопутной и морской блокаде, а 13 августа, после однодневной бомбардировки артиллерией эскадры Королевского флота и наземной артиллерии, обратившей городские стены в руины и уничтожившей всю артиллерию осажденных, гарнизон города сдался.

Еще во время осады Петрецолли сдал командование шефу батальона Ловлесу (William Lawless), а сам перешел на штабную должность.
После капитуляции города, военнопленные были направлены в Англию, но Ловлес и лейтенант О’Рейли, получившие ранения во время осады и бомбардировки, укрылись в доме местного доктора. Только через полгода два ирландца, на нанятой у местных жителей лодке, переправились на континент.
Ловлес сумел спрятать и сохранить знамя и орла, и по прибытию во Францию, обоих ирландцев немедленно доставили в Париж. Император крайне болезненно относился к потере пожалованных им знамен и орлов, и оба спасших эти почетные регалии офицера были награждены орденами Почетного легиона, после чего Ловлес был направлен в немецкий город Ландау для формирования нового 1-го батальона полка.
В течение последующих 3 лет в батальон вступили несколько бежавших из английского плена офицеров.
Любопытно, что ни офицеры, ни солдаты-ирландцы, попавшие на Вальхерене в английский плен, и, юридически, все еще являвшиеся британскими подданными, не были наказаны за службу в неприятельской армии.
Тем временем в Ландау шеф батальона Махоуни формировал 3-й батальон полка. Большинство офицеров батальона были ирландцами, унтер-офицеров — французами, национальный же состав солдат был весьма пестрым.
В августе 1809 г. 3-й батальон выступил на соединение со 2-м батальоном полка в Испанию, и отныне рекруты, продолжавшие поступать в депо полка в Ландау, частью шли на пополнение потерь во 2-м и 3-м батальонах, а частью на формирование 4-го батальона, который увеличивался крайне медленно.
3-й батальон, состоящий из 800 штыков под командованием командира батальона Жана Франсуа О’Махони (Jean François O’Mahony), прибыл в Испанию в 1810 году. В Испании 2-й и 3-й батальоны входили в состав 3-й дивизии генерала Солиньяка 8-го корпуса Жюно, и провели большую часть 1810 года в боях с гверильясами.
Также батальоны участвовали в штурме крепости Асторга в северной Испании в апреле этого года: причем при штурме особенно отличилась вольтижерская рота 2-го батальона ирландцев во главе с командиром роты Алленом, которая первой поднялась на крепостные стены. За проявленную при штурме храбрость орденами Почетного легиона были награждены командир роты Аллен и барабанщик роты, продолжавший бить сигнал «Атака!» даже после того, как получил ранения обеих ног.

Батальоны ирландцев составили гарнизон взятой Асторги, а их полковой командир О’Меара стал комендантом крепости. Ирландский полк оставался в составе гарнизона Асторги на протяжении всего лета 1810 г.
Тем не менее, сводный батальон, сформированный из элитных рот 2-го и 3-го батальонов ирландцев участвовал в экспедиции в Португалию и в бою при Альмейде.
В сентябре этого же года французская армия вновь вторглась в Португалию и, в составе бригады генерала Томьера, ирландцы участвовали в сражении при Сьюдад-Родриго. К этому времени и О’Меара, и Махоуни были смещены со своих постов Жюно (Junot) за некомпетентность и командиром двух батальонов полка стал Фитцгенри. Ситуация с нехваткой личного состава в батальонах в описываемый период стала катастрофической, поэтому 28 октября 1810 г. вышел указ о слиянии 2-го и 3-го батальонов в новый 2-й, и о формировании в Ландау нового 3-го батальона.
Одновременно были слиты 1-й и 4-й батальоны полка, новый 1-й батальон был переведен в Южную Голландию.
Реально, в связи с ходом военных действий, реорганизация 2-го и 3-го батальонов была произведена только в феврале 1811 г., а до этого ирландцы успели принять участие в сражении при Бусако 27 сентября 1810 г.

Во время отступления из Португалии командир полка Фитцгенри был захвачен в плен гверильясами. Вскоре дошли слухи, что его видели в ставке Веллингтона, причем не в качестве военнопленного — он был при оружии. Летом 1811 г. Фитцгенри якобы вернулся в Ирландию к семье, а во Франции в это время его заочно судил военный трибунал. За недостатком улик офицер был оправдан, но среди личного состава полка слухи о его предательстве переросли в уверенность, и с тех пор (по словам бывшего сослуживца) имя Фитцгенри в Ирландии покрыто позором.
4-5 мая 1811 г. ирландцы участвовали в битве при Фуэнтес де Оньеро, правда дивизия Солиньяка, в состав которой они входили, большую часть времени находилась в резерве.
В октябре командиром нового 2-го батальона полка был назначен шеф батальона Диллон, сын последнего командира полка Диллона королевской армии. На начало 1812 г. состав полка был следующим:
☆ 1-й батальон: командир — Теннент, 19 офицеров, 604 нижних чина;
☆ 2-й батальон: командир — Диллон, 22 офицера, 604 нижних чина;
☆ 3-й батальон: командир — Вэр, 22 офицера, 510 нижних чинов;
☆ 4-й батальон: 7 офицеров;
☆ 5-й батальон: 9 офицеров.
С момента смещения О’Меары полк формально оставался без командира, и 8 февраля 1812 г. на эту должность был назначен «герой Вальхерена» Ловлес. В русской кампании 1812 г. полк участия не принимал, так как с весны этого года три действующих батальона разместились гарнизонами на побережье Голландии: на острове Гори и в городах Берген-оп-Зом и Висенаштадт.

Переименование Ирландского полка в 3-й Иностранный полк

По императорскому декрету от 3 августа 1812 г. (по данным Rawkins — 3 августа 1811 года) полк был переименован в 3-й Иностранный полк (3ème Régiment Etranger), наименование «Ирландский» сохранялось за ним лишь неофициально.
Состав полка был определен в 4 батальона.
11 августа 2-й батальон в Испании был расформирован, а солдаты неирландского происхождения были распределены по другим полкам в Испании. Оставшиеся солдаты, ирландские офицеры и унтер-офицеры, получили приказ вернуться в депо в Ландау для переформирования. По предложению генерала Кларка, министра войны, Бонапарт согласился с этим приказом от 12 ноября 1811 года:

Ирландский полк (наряду с Прусским полком) получил приказ о направлении на оборону Нидерландов, и с этой целью полк должен был быть реорганизован, а пятый батальон сформирован из австрийских дезертиров и военнопленных. В записке генералу Кларку Бонапарт писал:

30 декабря 1812 г., когда стали ясны катастрофические последствия русской кампании, в полку было произведено новое переформирование: 3-й, 4-й и 5-й батальоны были полностью расформированы, а их личный состав влит в 1-й и 2-й батальоны.
В начале 1813 г. полк (двухбатальонного состава) выступил к Эльбе, где шло формирование новой армии. Батальоны под командованием Ловлеса представляли весьма пестрое зрелище по своему национальному составу, теперь уже полностью оправдывая «иностранную» суть полка. Большинство офицеров были ирландской национальности, а вот среди нижних чинов можно было найти представителей любых национальностей. В частности, в 1-м батальоне служили 5 ирландцев, 57 французов, 99 венгров, 52 австрийца, 42 пруссака, 29 силезцев, 21 саксонец, 19 вестфальцев, 17 баварцев, 7 уроженцев Великого герцогства Берг, 77 уроженцев других германских государств, 40 поляков, 18 моравов, 17 богемцев, 15 русских, 8 шведов, 6 уроженцев США, 4 швейцарца, 4 итальянца, 4 голландца, 3 хорвата, 2 тирольца, 2 португальца, 2 испанца и 2 южноамериканца.
Тем не менее, состоявшие из ветеранов лучших армий Европы, ирландские силы казались силой, на которую могли положиться молодые французские призывники, известные как «Марии Луизы». Это было новое испытание для Ирландского корпуса, но Саксонская кампания обернулась катастрофой, в значительной степени способствовавшей падению императора.
Полк прибыл в Магдебург, и вошел в состав 5-го корпуса (V Corps) генерала Жака Лоу, графа Лористона (Jacques Law, Count Lauriston). Далее он был направлен в город Штендаль, где вместе с 134-м и 143-м линейными полками составил 1-ю бригаду Вашеро в 17-й дивизии Жака Путо (Jacques Puthod).
2 мая 3-й Иностранный полк участвовал в сражении при Люцене в составе своей дивизии, а 20 и 22 мая — в сражении при Бауцене. Генерал Жак Лоу, по записям Бирна, комментировал это так:

Затем полк был переведен для усиления из 17-й дивизии в 18-ю дивизию генерала Шерье, состоявшую в основном из новобранцев, и участвовал в атаке, которую предпринял маршал Ней.
26 мая полк участвовал в битве при Ганау, в которой ирландцам пришлось принять ожесточенный ночной бой с русской кавалерией.
После сокрушительных побед Наполеона, союзники заключили с ним 4 июня Плейсвицкое перемирие. 3-й Иностранный полк, как и вся французская армия, использовал время передышки для отдыха и подтягивания обозов, отставших во время стремительного наступления.
Но 16 августа короткое перемирие было прервано, и боевые действия начались вновь. Армия Блюхера обрушилась на французские войска, которые под давлением неприятеля начали отход. В составе 5-го корпуса отступали и два ирландских батальона.
19 августа у Ловенберга во время отступления бригада Вашеро подверглась многочисленным атакам неприятельской кавалерии, и солдаты 3-го Иностранного полка длительное время отступали, построившись в батальонные каре. Кавалеристам так и не удалось нарушить строй каре, однако ирландцы понесли тяжелые потери от огня конной артиллерии: были убиты офицеры Теннант и Эванс, 10 офицеров ранены, среди них — шеф батальона Вэр; убиты и ранены более 300 нижних чинов.
Несмотря на тяжелые потери, полк принял участие в контратаке корпуса Лористона, имевшей место 21 августа. Потери в этом бою были значительно меньше, чем два дня назад, но одна из них была невосполнимой: полк потерял своего командира. Полковнику Ловлесу ядром раздробило ногу. За боем наблюдал Наполеон, ставший свидетелем падения полковника Ловлеса с раздробленной ногой. Полковник, храбро возглавлявший атаку, был вынесен с поля боя карабинерами полка в сопровождении барона Ларрея, посланного императором для проведения ампутации.

Командование полком перешло к раненому два дня назад шефу батальона майору Хью Уэйру (Hugh Ware). Под его началом полк сражался 23 августа под Кольбергом, где погиб командир бригады Вашеро. Восхищенный храбростью 3-го Иностранного, генерал Путо представил 11 солдат к награждению орденом Почетного легиона.
Сражение 26 августа 1813 г. при Кацбахе имело катастрофические последствия для полка. Дивизия Путо была послана в глубокий фланговый обход неприятельских позиций за реку Бобер. Как только Путо получил известие о французском поражении, он начал отход, но к 29 августа дивизия все же оказалась прижатой к реке Бобер у Ловенберга. Все переправы уже были разрушены.
В результате совместных атак русской кавалерии генерал-майора Эмануэля, отряда прусского Лейб-гусарского полка майора фон Шенка и штыковой атаки 5 русских егерских батальонов, продолжавшихся с 8 утра до 4 вечера, французская дивизия была почти полностью уничтожена: из 11 885 человек (по другим данным — из менее 6 000 человек) ее списочного состава переплыли на «французский» берег всего 254 человека, в том числе из состава 3-го Иностранного полка — 10 офицеров, среди которых был шеф батальона Уэйр, и 30 солдат. Им удалось сохранить полковую честь и драгоценный Императорский орел в целости.
Остальные ирландцы, в том числе 20 офицеров части, были убиты или попали в плен.

Менее ста офицеров и солдат, включая раненых, оставшихся за рекой перед сражением, вернулись в полковое депо, где их объединили с новобранцами, проходившими обучение для вступления в состав 3-го и 4 -го батальонов, и 3 ноября 1813 года они были объединены в новый 1- й батальон.

Возрождение 3-го Иностранного полка

После постигшей полк катастрофы уцелевшие офицеры полка немедленно приступили к его восстановлению.
Процесс этот, продвигавшийся достаточно успешно, был прерван императорским декретом от 25 ноября 1813 г. Причиной появления этого декрета было сражение при Лейпциге, проигранное императором Франции во многом из-за предательства союзников.
В итоге, в соответствии с этим декретом расформировывалась большая часть иностранных подразделений французской армии. Так, были распущены 1-й и 4-й Иностранные полки (4-й прусский полк был влит в 3-й ирландский); все офицеры французского, польского, швейцарского, итальянского и ирландского происхождения переводились в 3-й Иностранный полк (несмотря на расформирование 1-го и 4-го Иностранных полков, 2-й и 3-й не перенумеровывались), все офицеры и солдаты немецкого и русского происхождения, как особо неблагонадежные, переводились во вновь сформированные Иностранные пионерные батальоны.
Из ирландского полка было переведено 319 нижних чинов и 8 или 10 офицеров германского происхождения, несмотря на их решительные протесты. Впоследствии, в феврале следующего года, эти офицеры добились того, что император сделал для них исключение, и они вернулись в депо полка, которое к тому времени уже было переведено из Антверпена в Лилль.
Состоялись и новые назначения.
Майор Махони (Jean François Mahony) получил эполеты полковника и стал командиром части, полковник Ловлес, находившийся на излечении в Лионе и все еще числившийся в списках полка, был представлен к званию бригадного генерала.
Офицер Аллен стал командиром 1-го батальона, а шеф батальона Диллон был переведен по собственному желанию во французский полк.
К концу года, после присоединения прусского полка, часть вновь состояла из 1-4-го батальонов и 5-го батальона в депо. Все они находились в гарнизоне Антверпена.
В декабре 1813 г., когда неприятельские армии подошли к Шельде, начались регулярные перестрелки с ирландцами через реку; до более серьезных столкновений не доходило.
Кампания 1814 г. в Бельгии и Голландии, хотя и менее значительная, чем эпохальные события, решавшие судьбу Европы на полях Франции, также была насыщена боевыми эпизодами. Главной целью союзников в этой кампании был Антверпен, и командующий союзными войсками наследный принц шведский Карл-Юхан, бывший маршал империи Бернадот, двинул на город значительные силы.
Командующий французским 1-м корпусом генерал Мезон с главными силами отступил, оставив в городе гарнизон в 1 500 человек. Комендантом Антверпена был назначен Карно, выдающийся ученый, военный и государственный деятель, военный министр Республики в 1793-94 гг., уже вышедший в отставку, но вновь призванный в такой тяжелый для Франции момент. Город был хорошо укреплен и имел значительные запасы, поэтому союзники не предпринимали решительного штурма, и осада сводилась к мелким стычкам.
3-й Иностранный полк, составлявший большую часть гарнизона, все время был в деле, но его командир Махоуни, понимая, что гибель империи неизбежна, завязал переписку с неприятелем. Его письма были перехвачены, и Карно арестовал командира ирландцев, но исполнение смертного приговора, вынесенного им Махоуни, было отложено.
Новым командиром полка был назначен шеф батальона Хойн.

Слухи об отречении Наполеона достигли Антверпена 6 апреля. Карно, после получения официального подтверждения, заключил перемирие с генералом Грэмом.
К концу осады в 3-м Иностранном полку насчитывалось 87 офицеров, 20 унтер-офицеров и барабанщиков и 77 рядовых.

Расформирование 3-го Иностранного полка

Взошедший на престол король Людовик XVIII начал реорганизацию армии и своим ордонансом от 26 мая 1814 г. расформировал 3-й Иностранный полк. 16 ноября из ветеранов ирландских частей наполеоновской армии был создан королевский Ирландский полк.
В штаб полка входили:
· полковник;
· майор;
· 3 шефа батальона;
· 3 старших адъютанта;
· квартирмейстер;
· знаменосец;
· старший хирург;
· младший хирург;
· помощник хирурга;
· 3 младших адъютанта;
· тамбур-мажор;
· тамбур-мэтр;
· шеф музыкантов;
· 7 музыкантов;
· портной;
· оружейник;
· сапожник.

В роте:
· капитан;
· лейтенант;
· су-лейтенант;
· старший сержант;
· 4 сержанта;
· фурьер;
· 8 капралов;
· 56 солдат;
· 2 барабанщика.

3-й Иностранный полк во время Ста дней

После возвращения императора в период «Ста дней» полк немедленно присягнул ему на верность. Роялист Махоуни был изгнан из полка и командиром был назначен бонапартист Уэр.

По неизвестной причине, Наполеон проигнорировал существование ирландской части, как и еще двух иностранных частей, когда в апреле 1815 г. приказал сформировать шесть иностранных полков из пьемонтцев, швейцарцев, поляков, немцев, бельгийцев, испанцев и португальцев соответственно. Однако, 2 мая ошибка была исправлена: королевский Ирландский полк был официально расформирован, его личный состав переведен в 3-й Иностранный, который переименовывался в 7-й Иностранный полк (1-й и 2-й полки расформировывались и шли на укомплектование других иностранных частей).
Командиром вновь был назначен полковник Вэр.

Американский историк Элтинг считает, что 7-му Иностранному успели вручить новое знамя и орла образца 1815 г.
Полк не принимал участия в кампании будучи недоукомплектованным.
После второго отречения Наполеона стало ясно, что дни его ирландских ветеранов во французской армии и вообще во Франции сочтены. Вэр и собрание офицеров уничтожило полковое знамя, орла и батальонные фаньоны, и к моменту официального расформирования части 29 сентября 1815 г. почти никого из ирландских солдат уже не было во Франции.

Униформа нижних чинов Ирландского легиона и его приемников

Головной убор

Единственными указаниями по форме одежды, сопровождавшими организационный декрет, было то, что Ирландский легион должен был носить зеленую форму, соответствующую форме французской легкой пехоты.
В 1803 году большинство полубригад легкой пехоты уже приняли кивер в качестве стандартного головного убора, хотя некоторые все еще носили двуугольные шляпы для повседневной службы и «выходной формы», и вполне возможно, что головные уборы были выданы Ирландскому легиону в первые месяцы.

Исходя из этих указаний, можно предположить, что Ирландский легион, вероятно, принял бы кивер образца 1802 года при формировании, который носили бы до замены на кивер нового образца в 1806 году в рамках обычной трехлетней программы обновления формы.
Кивер был из черного фетра с черной кожаной отделкой по верхнему краю и черным кожаным ремешком для затягивания у основания с небольшой латунной пряжкой сзади.
Боковые стороны кивера были отделаны V-образным узором из черных кожаных вставок, а козырек был из черной кожи с гофрированным краем для егерей и отделан латунью для элитных рот.
Как и в других иностранных полках, Ирландскому полку, по-видимому, выдавались как минимум два разных варианта пластин для кивера:
⚹ первая, которая, вероятно, выдавалась только тем подразделениям 1-го батальона, которые существовали до декабря 1806 года, представляла собой простую латунную пластину в форме ромба с изображением охотничьего рожка, распространенную среди французских полков легкой пехоты;
⚹ вторая образца 1806 года была выполнена в стиле, который выдавался с кивером образца 1806 года, и являлась преобладающим дизайном, используемым полком со всеми последующими выдачами сменной формы до 1813 года. Она представляла собой латунную пластину в форме ромба с изображением имперского орла, обращенного вправо, над охотничьим рожком. На более поздних выпусках этой пластины после 1811 года часто наносился полковой номер 3, нарисованный, выгравированный или проштампованный в центре рожка.
Подбородочные накладки на всех типах киверов были латунными, а на верхней части выбиты эмблемы роты: у карабинеров — граната, у вольтижеров — охотничий рог, а у егерских рот — либо звезда, либо охотничий рог.

Головной убор рот егерей

По всей видимости, первоначально роты егерей носили помпоны обычного стиля и цвета: зелёный шаровидный помпон с красным пучком, а парадный плюмаж был зелёным и носился поверх зелёного шаровидного помпона.

В 1808 году, после реорганизации с девяти рот до шести, цвета помпонов, которые носили французские пехотинцы, по всей видимости, были приняты, по крайней мере, батальонами, служившими во французской армии в Испании.
Цвета помпонов стали:
— тёмно-зелёными для 1-й роты егерей;
— небесно-голубыми для 2-й роты;
— оранжевыми для 3-й роты;
— фиолетовыми для 4-й роты.
Неизвестно, принял ли 1-й батальон в Нидерландах французскую цветовую систему или сохранил зелёный и красный помпон с пучком. Вполне вероятно, что реформированные 1-й и 2-й батальоны егерей отличались либо цветными шаровидными помпонами образца 1808 года, либо использованием помпонов французского образца в форме чечевицы — жестяных дисков, обычно окрашенных в белый цвет, с шерстяной окантовкой цвета роты и номером батальона, нарисованным в центре.
Второе переформирование 1-го батальона в ноябре 1813 года ознаменовалась выпуском новой формы, и полку были выданы новые кивера, соответствующие изменениям формы, внесенным Барденом в 1812 году, которые предусматривали новые пластины для киверов — белые металлические полукруглые пластины, как у французской легкой пехоты, с изображением охотничьего рожка и номером полка, выбитым или выгравированным посередине.
Официально кивер теперь был образца 1810 года, немного более шире сверху и без кожаных вставок по бокам. Егерские роты по-прежнему отличались французскими цветными помпонами, а парадные плюмажи теперь были либо темно-зелеными, либо темно-зелеными с красным кончиком.
После 1811 года егерские роты иногда изображаются с верхним краем кивера, отделанным зеленым, как у рот вольтижеров.
Для полного парадного обмундирования, до официального снятия с производства в 1813 году, на киверах носили белые шнуры и камбалы (flounders).

Головной убор рот карабинеров

Роты карабинеров носили кивер того же образца, что и егеря, за исключением того, что на подбородочных щитках у карабинеров на выпуклой части был выбит рисунок в виде гранаты, а кивера элитных рот имели латунную окантовку на козырьке.
Помпон был красного цвета и имел либо форму круглого шара, либо форму морковки; с 1808 года верхний край кивера обычно изображался с красной окантовкой. Однако на иллюстрации Жана Сореля (Jean Sorieul) в работе Fieffé кивер 1810 года изображён с жёлтой, а не красной окантовкой, и это повторяется позднее у других художников, в том числе у Луи Брауна (Louis Braun).
Шнуры парадной формы и камбалы (flounders) были красными до их снятия с вооружения в 1813 году.
Более поздние образцы киверов, выпущенные после 1811 года, имели красную окантовку по верхнему и нижнему краям, а также широкую красную накладку в виде буквы «V» по бокам; налобная пластина была полулунной формы, из белого металла, с оттиском рожка и полкового номера, а на концах пластины были изображены гранаты.

Хотя некоторые современные художники изображают их, нет никаких свидетельств того, что Ирландскому полку когда-либо выдавались меховые шапки любого вида для карабинерных рот.

Головной убор рот вольтижеров

Кивер роты вольтижеров соответствовал стилю полка и первоначально отличался только охотничьим рожком на подбородочном ремне, латунной отделкой козырька, помпоном и плюмажем, которые обычно были жёлтыми, хотя короткий пушистый плюмаж также изображался жёлтым с зелёным кончиком.
Примерно с 1808 года верхний край кивера был отделан жёлтой тесьмой.

Первый парадный плюмаж был коротким и пушистым, как у многих французских лёгких пехотных полков, но с 1808 года его часто изображают как обычный высокий перьевой плюмаж, носимый над жёлтым помпоном.
Шнуры и камбалы (flounders) на кивере были зелёными и носились до снятия с вооружения в 1813 году.
С 1811 года кивер роты вольтижеров обычно соответствовал образцу 1810 года с белой металлической полулунной пластиной и верхним краем кивера, отделанным зелёной тесьмой. На изображениях помпоны бывают зелёными, с жёлтым пучком перьев или без него, а парадный плюмаж был зелёным с жёлтым кончиком.
По всей видимости, всем ротам выдавались чехлы для киверов для походной одежды и плохой погоды, которые, как правило, были белыми или бежевыми для батальонов, служивших в Испании, или черными или серыми из вощеного хлопка для североевропейского театра военных действий.

Полицейская (фуражная) шапка (bonnet de police)

Практически нет информации о точных цветах шапок, которые носили в Ирландском полку, поэтому современные изображения, вероятно, основаны на предположениях.

Фуражка была французского типа «bonnet de police», темно-зеленой с желтой окантовкой и кисточкой.

Мундир

Мундир, предписанный для Ирландского легиона в 1804 году, представлял собой французский мундир с длинными фалдами по образцу лёгкой пехоты, с заострёнными мысообразными лацканами.

Мундир был тёмно-зелёного цвета, а воротник, лацканы, отвороты и окантовка — жёлтого. Манжеты, по-видимому, бывали двух типов: чаще всего они изображаются заостренными, с двумя пуговицами на заднем крае — одной на самой манжете и одной выше.

В качестве альтернативы мундир также изображается с бранденбургскими манжетами, отороченными желтой тесьмой, с темно-зелеными квадратными отворотами на манжетах с тремя пуговицами, отороченными желтой тесьмой.

Все пуговицы были латунными и имели либо гладкую куполообразную форму, либо плоскую. Существует пуговица с надписью «LEGION IRLANDAIS», выштампованной по краю, но, хотя она изготовлена из латуни с фрезерованным краем, создается впечатление, что она была позолочена, и, вероятно, это офицерская пуговица.

Похоже, что мундир старого образца носили, по крайней мере, некоторые подразделения полка вплоть до 1812 года, хотя 31 августа 1811 года в рамках полковых реформ он был вытеснен мундиром с короткими полами.

Некоторые роты Ирландского полка, возможно, действительно переняли в Испании вариант мундира-веста (habit veste) — мундира с более короткими полами, но с желтыми обтачками, которые носили на мундире образца 1804 года.
В рамках указа о переименовании полка в 3-й Иностранный полк «Ирландский» генерал Кларк издал новые инструкции по полковой форме:

На самом деле, хотя эти инструкции соблюдались, по-видимому, имел место ряд отклонений. 1-й батальон Ирландского полка, который был почти полностью взят в плен у Валхерена и уже переформировался в соответствии с новым декретом о форме одежды; судя по всему, к 1811 году он был одет в мундиры старого образца с желтыми обтачками и, вполне возможно, носил эту форму по крайней мере до конца 1812 года; те солдаты полка, которые в 1810 году были направлены в качестве пополнения в батальоны в Испании, также почти наверняка носили мундиры старого образца.

Несмотря на то, что художники, такие как Анри Буасселье (Henri Boisselier), изображали новую форму образца 1811 года, маловероятно, что она действительно выдавалась 2-му и 3-му батальонам, служившим в Испании и Португалии, хотя некоторые комплекты, возможно, представляли собой вариант мундира с более короткими полами и цветными обтачками, подобный тому, что изобразил Луи Браун (Louis Braun).

Мундир образца 1811 года был тёмно-зелёного цвета с тёмно-зелёными лацканами и отворотами, отороченными жёлтой тесьмой, а также с жёлтой тесьмой на карманах. Воротник был жёлтым, хотя обычно изображался с зелёной тесьмой, а манжеты, по общему мнению, соответствовали бранденбургскому образцу*: тёмно-зелёные, отороченные жёлтой тесьмой, с жёлтым квадратным отворотом и тремя пуговицами.

Альтернативный вариант, соответствующий указу 1811 года, представляет манжеты желтого цвета с темно-зелёным клапаном, отороченным желтой тесьмой.

Регламентированные пуговицы теперь изготавливались из белого металла по образцу, предписанному для всех иностранных полков: с тиснением в виде охотничьего рожка, окружающего номер полка, и надписью «RÉGIMENT ÉTRANGÈRE» над и под ним.
Другой тип пуговиц, который, по-видимому, использовался после 1812 года, представлял собой стандартный образец для лёгкой пехоты с фрезерованным краем и мотивом рожка, с номером полка в центре.
Правила «Регламента Бардина» по форме, введенные в 1811 году, не были сразу применены к Ирландскому полку, хотя вполне возможно, что куртка в стиле Спенсера была выдана в 1814 году и, скорее всего, именно её носили в период Реставрации и в 1815 году.

Куртка была тёмно-зелёного цвета с тёмно-зелёными лацканами пластрона, застегивающимися до талии, с жёлтой окантовкой; высоким стоячим воротником, застегивающимся на горле, с тёмно-зелёной окантовкой; и простыми заострёнными манжетами жёлтого цвета с двумя пуговицами — одной на самой манжете и одной выше, на заднем крае.

Небольшие вертикальные карманы с треугольными клапанами имели жёлтую окантовку.
Все пуговицы были из белого металла.

Эполеты

Роты егерей отличались эполетами зелёного цвета с бахромой и с красным полумесяцем, которые носили с 1804 года; эти же эполеты, возможно, сохранялись в некоторых ротах, по крайней мере для полной парадной формы, после введения в 1811 году «habit veste», возможно, даже вплоть до 1814 года.

На отворотах мундира 1804 года были изображены зелёные охотничьи рожки, которые на зелёных отворотах «habit veste» 1811 года стали жёлтыми или, возможно, белыми. Официально «habit veste» 1811 года и куртка «Бардин» для всех рот егерей после 1811 года имели погоны с бастионными концами (Bastion-tipped shoulder-straps)* тёмно-зелёного цвета с жёлтой окантовкой, однако, по-видимому, некоторые роты сохранили эполеты с бахромой.
На протяжении всего периода роты карабинеров отличались красными эполетами с бахромой и красными гранатами на отворотах. Вариант такой формы изобразил Луи Браун, показавший карабинера в мундире с короткими полами, с желтыми кантами на воротнике, лацканах и манжетах, а также красными отворотами фалд, отороченными желтой тесьмой с желтой гранатой. Это необычное отклонение от нормы не подтверждается никакими другими источниками.
Высказывается предположение, что после введения новых правил ношения формы в имевшуюся на складе одежду могли быть внесены изменения, чтобы в некоторых аспектах соответствовать новым требованиям, возможно, путем укорочения шлейфов и изменения манжет.
Роты вольтижеров изначально носили зелёные эполеты с полной желтой бахромой, украшенные жёлтыми полумесяцами; некоторые роты, возможно, продолжали носить их вплоть до 1812 года.

В связи с новыми изменениями в униформе 1811 года эполеты стали полностью жёлтыми, а с введением мундира Бардена их снова изменили на зелёные с жёлтыми полумесяцами. Знаком, носившемся на отворотах, был зелёный рожок на мундире 1804 года с жёлтыми обтачками и жёлтый рожок на более поздних мундирах с зелёными отворотами.

Жилет и бриджи

Жилет — без рукавов, надеваемый под мундир, — изначально был белого цвета с одним рядом мелких латунных пуговиц и небольшими треугольными карманами на талии; его носили с белыми бриджами и черными гетрами до колен с латунными пуговицами.
Однако в регламенте 1811 года конкретно упоминаются как белые, так и зелёные «жилеты», что, вероятно, указывает на то, что с этой даты выдавались два жилета и две пары бриджей: белые для летней кампании и тёмно-зелёные для зимней носки, причём все пуговицы были из белого металла.
Безусловно, белые бриджи и жилеты продолжали носить вплоть до 1811 года: и Буасселье (Boisselier), и Герберт Кнётель (Herbert Knötel) изображают форму 1811-1812 годов с зелёными бриджами и белыми жилетами.
По-видимому, к 1813 году тёмно-зелёная форма была введена для всех видов службы.

Панталоны

Подтвержденных упоминаний о том, что полку выдавали панталоны, найдено не было; однако можно с уверенностью предположить, что они выдавались батальонам в Испании, как и большинству других пехотных подразделений, и были изготовлены из белого или бежевого хлопка.
Высказывается предположение, что в 1813 году 1-му и 2-му батальонам, возможно, были выданы темно-зелёные панталоны, возможно, с жёлтой окантовкой по внешнему шву; опять же, это представляется логичным, но не подтверждается современными источниками.

Шинель

Шинели, выданные Ирландскому легиону в 1804 году, судя по всему, соответствовали стандартному образцу французской пехоты: однобортные, с одним рядом из шести латунных или обтянутых тканью пуговиц, серо-серебристого цвета, с высоким воротником, открытым у горла, и глубокими шведскими манжетами.

В соответствии с регламентом Бардена новые шинели, вероятно, были выданы около 1812 года и, скорее всего, имели цвет «park grey» или «свинцово-серый», были двубортными с двойным рядом пуговиц из белого металла и закрытым воротником, возможно, с желтыми язычками на передних краях.

Вооружение нижних чинов Ирландского легиона

По всей видимости, «Ирландский легион» с самого начала, с 1804 года, был оснащён всем оружием и снаряжением французского образца, как это предписывалось для регулярных полков лёгкой пехоты.
Роты егерей и карабинеров были вооружены французским пехотным мушкетом образца 1777 года со штыком — стандартным оружием калибра .69 французской армии, снабжённым ремнем из отбеленной кожи.
С 1807 года мушкеты, выдававшиеся ротам вольтижеров, по всей видимости, в большинстве своем представляли собой французский мушкет пехоты образца 1777 года, слегка короче и легче, чем стандартный пехотный образец, и, вероятно, были изготовлены в Королевстве Италия.

Снаряжение

Патронная сумка

Всем ротам выдавали патронную сумку из чёрной кожи, также стандартного образца французской армии, со съёмной деревянной вставкой, вмещавшей две пачки патронов, а также ещё пять патронов в деревянной «готовой доске» для немедленного использования.
Ремень на задней стороне патронташа крепился к пуговице на заднем кармане или к заклепке на сабельном ремне, чтобы патронташ не раскачивался во время марша.

В небольшом кармашке на передней стороне патронташа хранились запасные кремни и инструменты для мушкета.
Крышка патронташа у рот егерей была выполнена из простой чёрной кожи, хотя в поздний период после 1811 года она, возможно, украшалась латунным значком в виде рожка с номером полка в центре или простой латунной цифрой 3.
Крышка патронташа у рот карабинеров украшалась латунным значком в виде гранаты, а у вольтижеров — латунным значком в виде рожка.
Сумку носили на плечевом ремне с беленой кожаной петлей через левое плечо.
В рамках реформ Бардена 1811 года на сумках егерей должен был быть латунный значок в виде буквы «N» с короной, однако маловероятно, что такие значки выдавались войскам «Etrangere».
Во время похода было принято накрывать сумку водонепроницаемым чехлом из белого или серого брезента, на крышке которого обычно был нарисован номер полка или знак элитной роты.
Каждому солдату выдавали латунную шпильку и цепочку для очистки запального отверстия мушкета от остатков сгоревшего пороха; обычно их носили в сумке во время марша, а в бою закрепляли за второй пуговицей с правой стороны лацкана.
Среди французских элитных рот, особенно гренадеров и карабинеров, стало модной практикой прикреплять латунную заклепку к передней части ремня сумки и носить цепочку с петлей на груди в качестве украшения.

Сабельный ремень, сабля, ножны

Все роты были оснащены вторым плечевым ремнем, на котором крепилась сабля-брикет пехотного образца в двойном ножнах, где также размещался штык.
Судя по всему, сабли в основном соответствовали позднему французскому образцу 1800 года с закругленной рукоятью в форме буквы «D», а ремешки для сабель, как полагают, были белого цвета у егерей, красного — у карабинеров и зеленого — у вольтижеров.

Ножны для сабель были преимущественно из чёрной кожи с латунной фурнитурой, а ножны для штыков — из коричневой кожи с латунным наконечником.

Ранец

Ранцы, выданные Ирландскому полку, были того же образца, что и у французской пехоты: из неокрашенной коровьей кожи, обычно коричневого цвета, но иногда пестрого, с белыми кожаными ремнями и фурнитурой.
Окантовка по краям рюкзака обычно была кожаной, но иногда шилась из белого полотна; ранцы такого типа изготавливались для французской армии в Италии и, по-видимому, распределялись произвольно среди различных французских полков.
В рамках реформы снаряжения Бардена 1811 года был разработан новый ранец, введённый в оборот в 1813 году; он имел несколько более лёгкую конструкцию и сопровождался инструкцией по его упаковке, что теперь стало предметом проверки.
Неподтверждено, выдавались ли новые ранцы каким-либо подразделениям «Troupes Étrangères».
В соответствии с французскими пехотными правилами каждому солдату выдавали холщовый или льняной мешок для хлеба, холщовый мешок для зерна и жестяной «petit-bidon» (французский термин) или флягу для воды.
Как и в французских полках, солдаты иностранных полков были обязаны носить с собой собственную походную посуду; каждой столовой на двенадцать человек выдавались две «мармиты» (кастрюли); две «гамели» (тарелки); три «пети-бидона», содержащие уксус или кислое вино; два «гранд-бидона» — большие канистры для воды или супа, а также различные походные инструменты: топоры, лопаты, серпы и кирки.

Униформа унтер-офицеров Ирландского легиона и его приемников

Униформа унтер-офицеров Иностранного полка отличалась так же, как и унтер-офицеров французской лёгкой пехоты.
По видимому, унтер-офицеры всех званий в большинстве случаев носили кивер того же образца 1806 или 1811 года, что и рядовые. Кивер капралов во всех отношениях соответствовал киверу рядовых; старшие унтер-офицеры — сержант и старший сержант — имели по верхнему краю кивера полосу из золотой или серебряной тесьмы, соответствующую цвету пуговиц полка, а шевроны по бокам кивера гренадеров и вольтижеров были красными или жёлтыми, как у рядовых.
До 1811 года старший сержант часто изображался с двойной полосой металлического галуна, но после 1811 года все старшие унтер-офицеры носили одну широкую полосу.

Шнуры на киверах были белыми у капралов и старших унтер-офицеров егерей, а также у унтер-офицеров полкового штаба, и красными или зелёными у элитных рот.
Звание обозначалось так же, как и во французской легкой пехоте, диагональными полосами из галуна или шерсти, которые носились на рукаве над каждой манжетой.
Знаки различия, использовавшиеся на мундире 1804 года и мундире «Спенсер» 1814 года с остроконечными манжетами, имели форму шевронов над каждой манжетой. На мундирах с манжетами Бранденбургского типа диагональные полосы располагались в той же последовательности, что и шевроны. По-видимому, имело место некоторое совпадение: унтер-офицеры, вероятно, перенесли свои золотые шевроны на новые мундиры в 1811 году, независимо от формы манжет, так что золотые/желтые шевроны могли существовать бок о бок с серебряными/желтыми полосами.

Сержант-майор: Две диагональные полосы или шеврона из золотой или серебряной тесьмы над каждой манжетой;
Сержант: Одна диагональная полоса или шеврон из золотой или серебряной тесьмы над каждой манжетой;
Капрал: Две полосы или шеврона из желтой шерсти над каждой манжетой;
Капрал-Фурье: Как у капрала с золотым или серебряным шевроном на верхней части левого рукава.

Снаряжение, выдававшееся унтер-офицерам, было в основном таким же, как и для рядовых, за исключением того, что у главного сержанта и сержанта был немного меньший патронный подсумок без деревянной вставки для дополнительных патронов.
Капралы были вооружены мушкетами того же образца, что и рядовые, но старшим унтер-офицерам выдавались более короткие пехотные карабины образца 1777 года, или мушкетоны.
Капралы носили сабли с белым, красным или зеленым темляком в зависимости от цвета роты, а старшие унтер-офицеры носили сабли с темляками цвета роты с золотым/серебряным ремешком и кисточками для главного сержанта и золотым/серебряным ремешком, а также смешанными золотыми/серебряными и белыми/красными/зелеными кисточками для сержантов.
Аджюдан-су-офицер* (adjutant-sous-officer) носил ту же основную форму, что и рядовые, за исключением эполет, которые были того же фасона, что и у младших офицеров, и были золотыми или серебряными в зависимости от цвета полковых пуговиц, с красной полосой и двумя золотыми/серебряными полосами.

Аджюдан-су-офицер не носил мушкет или поясной подсумок и был вооружен только саблей-брикетом* (sabre-briquet), которая носилась на отбеленном кожаном плечевом ремне. Ремешки для сабель были такими же, как у главного сержанта.

Униформа офицеров Ирландского легиона и его приемников

Шляпа (chapeau) офицеров Ирландского легиона

В 1804 году офицерам была предписана двуугольная шляпа (chapeau) для всех видов форм.

Шляпа была из черного фетра с черной окантовкой и золотыми шнурками-затяжками с маленькими золотыми кисточками на концах.
Национальная кокарда носилась в левом верхнем углу и крепилась с помощью золотого галуна и позолоченной пуговицы. Для младших званий галун был узким, а для старших офицеров — широким или из белой кожи для младшего адъютанта (Adjutant-sous-officer).
Над кокардой носился помпон цвета роты: белый для штабных офицеров, а перья были цвета роты или белыми для штабных и старших офицеров.
В походах двуугольная шляпа носилась без украшений, часто с черным или серым брезентовым чехлом.
Офицеры всех званий продолжали носить двуугольную шляпу для выхода в парадной и повседневной форме.

Кивер (shako) офицеров Ирландского легиона

Офицерам всех званий было приказано носить кивера того же образца, что и рядовым в 1806 году, и пластины киверов, как правило, соответствовали образцу киверов полка, но вся металлическая отделка на киверах обычно была позолоченной или покрыта латунью.

Верхний край кивера был отделан золотой тесьмой, которая обычно имела плоский дизайн с рифлеными краями для младших офицеров и часто была вышита или украшена узорами для старших офицеров, которые покупали свои кивера в частном порядке.
Боковые стороны киверов, которые носили старшие офицеры, показаны с золотой тесьмой в форме буквы V, покрывающей кожаные вставки. Подбородочные чешуйки обычно были позолочены и имели красную бархатную подкладку, а верхняя часть кивера была ротного образца: граната или рожок для офицеров роты и обычно либо граната, либо голова льва для старших офицеров.
Старшие офицеры носили высокий белый перьевой плюмаж, часто закрепленный в позолоченном держателе в форме тюльпана, а также тяжелые золотые шнуры и помпоны.
Младшие офицеры носили более легкие золотые шнуры, а помпоны были цвета роты: белые для егерей и штабных офицеров, красные для карабинеров и зелено-желтые для офицеров-вольтижеров.
После введения униформы образца 1811 года с белыми металлическими пуговицами, кружевная отделка офицерских киверов и шнуры должны были быть строго заменены на серебряные, однако, по-видимому, офицеры носили золотые шнуры по крайней мере до 1813 года.

Полицейская (фуражная) шапка (bonnet de police) офицеров Ирландского легиона

Офицерская фуражная шапка, вероятно, была того же образца, что и у рядовых, и обычно имела темно-зеленый цвет с желтой отделкой, окантованной золотом, и золотой кисточкой.
Шапка старшего офицера обычно была отделана широкой полосой вышитой золотой тесьмы, окантованной желтым.
Передняя часть обычно украшалась золотым значком в виде гранаты или рожка для офицеров элитных рот и золотым имперским орлом или полковым номером для егерей.
С 1811 года значки были официально изменены на серебряный в виде коронованной буквы N для всех офицеров.

Мундир офицеров Ирландского легиона

Офицерские мундиры были выполнены в том же базовом стиле, что и мундиры рядовых, но как правило, были более качественно сшиты и изготовлены из более качественной ткани и меньше выцветали, чем мундиры солдат. В большинстве случаев офицерские мундиры, вероятно, более строго соответствовали регламенту, чем массово производимые мундиры для рядовых, и такие детали, как дизайн манжет, как правило, варьировались реже.

В своем дневнике путешествий по Франции Кеган О’Рейли (Kegan O’Reilly), ирландец, который в 1804 году рассматривал возможность поступления в Ирландский легион, пишет о форме:

Это высказывание скорее указывает на то, что официальная форма была принята не всеми офицерами до начала 1805 года, когда были решены вопросы о том, кому из большого числа претендентов на офицерские должности отдать чины и каков был стаж службы.
Офицерский мундир 1804 года был темно-зеленым с желтыми отворотами, как и у полка, но все пуговицы были позолоченными и, возможно, после 1807 года были украшены тисненым имперским орлом, подобно пуговицам Императорской гвардии для штабных офицеров; у офицеров рот были пуговицы с изображением гранаты для карабинеров или рожка в венке для офицеров егерей и вольтижеров. Пуговицы такого типа иногда заказывались и штамповались частным образом офицерами полка.

Значки на отворотах были золотыми для офицеров, а старшие офицеры, вероятно, носили золотые значки с имперским орлом до 1811 года, когда они были официально заменены на коронованную букву N, но опять же, это, вероятно, было постепенным изменением.
Офицерский мундир, утвержденный в 1811 году, практически не изменился по сравнению с мундиром с длинными фалдами образца 1804 года, за исключением того, что отвороты были темно-зелеными с желтой окантовкой, как у полка, пуговицы были посеребренными, а эполеты официально — серебряными.
Мундир, выданный в рамках реформ Бардина в 1814 году, имел бы те же отвороты, что и у полка, но более длинные фалды, доходящие до задней части колен, а карманы на фалдах, по-видимому, были горизонтальными, а не вертикальными, как у большинства мундиров этого типа.

Сюртук офицеров Ирландского легиона

Есть некоторые свидетельства, позволяющие предположить, что примерно с 1807 года офицерам было разрешено носить однобортный сюртук для «малой одежды» и походной формы.

Сюртук представлял собой длинный однобортный мундир из ткани с одним рядом из девяти позолоченных пуговиц, темно-зеленого цвета с желтым воротником и квадратными манжетами. Сюртук имел двойные простые темно-зеленые отвороты с золотыми значками, а карманы на фраке были трехгранными с тремя пуговицами, но без окантовки.

Обозначение званий офицеров Ирландского легиона

Звание обозначалось так же, как и у офицеров французской легкой пехоты, золотыми эполетами, носимыми на плечах.
В 1811 году, с принятием новых правил ношения формы, эполеты и галун офицерских званий официально стали серебряными, но, по всей видимости, это правило в основном игнорировалось, и золотые эполеты могли носиться вплоть до 1813 года. Дорогие эполеты из металлической тесьмы приобретались офицерами в частном порядке, и многие не хотели покупать второй комплект. По той же причине офицеры, как и рядовые, часто снимали эполеты во время марша в поле, причем младшие офицеры часто носили только контр-эполет, поскольку он был менее подвержен повреждениям, чем бахромчатая часть комплекта.

Полковник (Colonel): Два эполета из золота/серебра с обильной бахромой из золотой нити;
Майор (Major): Два эполета из золота/серебра с обильной бахромой из золотой нити; цвет поля и корешка эполет — противоположный;
Шеф батальона (Chef de Bataillon): Эполет из золота/серебра с обильной бахромой из золотой нити слева, контр-погон справа;
Капитан (Capitaine): Эполет из золота/серебра с тонкой бахромой слева, контр-погон справа;
Капитан-адъютант-майор (Capitaine Adjutant-major): Эполет из золота/серебра с тонкой бахромой справа, контр-погон слева;
Лейтенант (Lieutenant): Эполет из золота/серебра с тонкой бахромой слева, контр-погон справа. Через корешок и поле эполета проходит красная полоса;
Младший лейтенант (Sous-lieutenant): Эполет из золота/серебра с тонкой бахромой слева, контр-погон справа. Через корешок и поле эполета проходят две красные полосы.

Жилет и бриджи офицеров Ирландского легиона

Белые жилеты и бриджи носили с мундиром с 1804 года до 1811 года, когда были приняты темно-зеленые жилеты и бриджи.

Сапоги офицеров Ирландского легиона

Первоначально всем офицерам предписывались сапоги английского типа с отворотами, обнажающими подкладку из коричневой кожи, но с 1808 года офицеры элитных рот начали использовать более декоративные гессенские сапоги с фигурным верхом, отделанным золотой тесьмой и кисточками. Старшие офицеры и штабные офицеры были конными и часто носили высокие тяжелые кавалерийские сапоги с манжетами в зимней и походной форме.

Шинель офицеров Ирландского легиона

Двубортные офицерские шинели темно-серого цвета с двумя рядами позолоченных пуговиц на груди были того же стиля, что и у французских офицеров легкой пехоты. Высокий вертикальный воротник был цвета шинели, а манжеты — глубокого шведского образца*.

Эполеты носились на шинели так же, как и на мундире.
Шинели после 1811 года были нового образца для офицеров пехоты и, по мнению некоторых современных историков, включая Шарми (Charmy), были темно-зелеными с посеребренными пуговицами, и накидкой на плечи, подбитой желтыми пуговицами, и желтыми петлями на воротнике.

Офицерский знак Ирландского легиона

На службе все офицеры носили нагрудные знаки французской армии, посеребренные с позолоченным изображением имперского орла для старших офицеров и латунные или позолоченные с изображением гранаты или охотничьего рожка для элитных рот.

Нагрудный знак офицеров егерей был таким же, как и у французской легкой пехоты: латунный с серебряным рожком и изображением орла.
Частный нагрудный знак, принадлежавший капитану Патрику Макканну (Patrick MacCann), можно найти в Национальном музее Ирландии в Дублине. Нагрудный знак выполнен из полированной латуни, на обратной стороне выгравировано «MacCann».
Нагрудный знак похож на знак легкой пехоты с серебряным знаком рожка и диском в центре, на котором выгравировано изображение арфы и надпись LÉGION IRLANDAIS / EMPIRE / FRANÇAIS.
Существует еще одна версия, которая, как известно, существовала в 1930-х годах в коллекции Форда — позолоченная тарелка с серебряным мотивом арфы «Дева Эрин» (Maid of Erin), но имя ее первоначального владельца неизвестно.

Вооружение офицеров Ирландского легиона

Офицерам Иностранных полков требовалось не только покупать собственную форму, но и обеспечивать себя оружием и снаряжением, поэтому использовалось большое разнообразие различных видов оружия.
В целом офицеры соблюдали правила: саблю обычно носили на поясном ремне из белой кожи с большой прямоугольной латунной пряжкой, украшенной имперским орлом (для штабных офицеров) и изображением гранаты или рожка (для офицеров рот).
Во время кампании или в походе ремень обычно носили через правое плечо. Ремни, используемые в полевых условиях, часто были из черной кожи с латунной открытой пряжкой и фурнитурой.
Все офицеры до 1807 года были обязаны по правилам вооружаться прямой саблей, а с 1807 года офицеры вольтижеров приняли на вооружение изогнутую легкую пехотную саблю, как это использовалось во французской армии.
К 1809 году сабли также широко использовались карабинерами, а конные офицеры предпочитали их как более эффективное оружие при использовании верхом.
Сабли имели множество схожих конструкций, изготавливались во Франции или Королевстве Италия и, как правило, имели позолоченные или посеребренные рукояти, серебряные ремешки и черные кожаные ножны с позолоченными или посеребренными элементами.

Униформа музыкантов Ирландского легиона

Практически отсутствуют современные свидетельства, касающиеся униформы барабанщиков и музыкантов, а первоисточники некоторых современных интерпретаций, таких как Фортоффер (Forthoffer) и Герберт Кнётель (Herbert Knötel), не указаны.
По правде говоря, большая часть деталей униформы музыкантов легиона представляет собой не более чем предположения.
Барабанщики рот карабинеров и егерей, по всей видимости, носили тот же самый головной убор, что и нижние чины легиона, — кивер без каких-либо известных особых отличий.

Горнисты рот вольтижеров носили тот же кивер, что и другие нижние чины, но, как и во многих других французских полках, могли носить отличительный плюмаж, часто желтый с красным кончиком и помпоном, чтобы его легко мог опознать его офицер в бою.
Мундиры, которые носили барабанщики, были того же кроя, что и мундиры роты: либо мундир с длинными фалдами, либо более короткий habit-veste с вероятным добавлением «музыкальной тесьмы» к верхнему и переднему краям воротника, краям лацканов и верхнему и заднему краям манжет. Музыкальная тесьма неизменно описывается как «жёлтая», а фрагмент униформы, найденный в 1930-х годах и приписываемый Ирландскому полку, демонстрирует жёлтую тесьму с узкой зелёной каймой и зигзагообразной зелёной нитью, прошитой по всей длине.

Мундиры горнистов легкой пехоты обычно мало чем отличались от мундиров вольтижеров, хотя возможно, что желто-зеленые галуны музыкантов могли носиться на воротнике и манжетах. Французский горн был печально известен своей непопулярностью среди офицеров на поле боя, поскольку возбужденный горнист часто не мог выдать из своего инструмента ничего, кроме пронзительного визга, который не был слышен из-за шума боя. Барабаны считались гораздо более надежным средством передачи сигналов. Многие роты вольтижеров нанимали дополнительных барабанщиков/горнистов в дополнение к двум штатным музыкантам.
Инструментом горниста был стандартный французский армейский горн из латуни с зелеными и желтыми шнурами и кисточками. Эполеты и отвороты были такими же, как у роты.
Фартуки и ремни для барабанов были из белой кожи, последние имели латунную пластину для барабанных палочек на груди, а сами барабаны были латунными, с синими обручами или с чередующимися бело-красно-синими диагональными полосами.

В Регламенте униформы Бардена был указан общий образец мундира для музыкантов после 1811 года — темно-зеленого цвета с окантовкой из имперского галуна по воротнику, манжетам и эполетам. Мундир был указан как однобортный с девятью белыми металлическими пуговицами, застегивающимися на груди, и V-образными пятью полосами из галуна с заостренными концами поперек груди в чередующихся петлях для пуговиц в соответствии с образцом имперской ливреи. Однако нет никаких свидетельств того, что мундиры такого образца когда-либо выдавались 3-му Иностранному полку.
Единственная найденная иллюстрация музыкантов Ирландского полка — это гравюра Буасселье (Boisselier), изображающая тамбурмажора в 1808 году. На нем двуугольная шляпа с вышитой золотой кружевной отделкой и ремешком для кокарды, а также золотые затяжки с маленькими золотыми кисточками на концах. Высокий плюмаж белый с пучком желтых страусиных перьев у основания.

Сюртук выполнен по образцу мундира 1804 года, темно-зеленый с желтыми отворотами, воротник, остроконечные манжеты и отвороты отделаны широкой золотой кружевной отделкой. Внутренние и внешние швы рукавов отделаны золотым галуном.
Барабанщик носит шевроны главного сержанта и золотые офицерские эполеты.
Жилет белый с золотой галунной отделкой по краям и карманам, а белые бриджи украшены золотыми кружевными венгерскими узлами на бедрах. Сапоги из черной кожи, выполненные в гессенском стиле с золотой тесьмой и кисточками.
Бандольера барабанщика желтая, с золотой тесьмой и бахромой, на ней висит пехотный брикет-сабля с золотым ремешком в полированных латунных ножнах.
Подробности о музыкантах оркестра не найдены, но форма, вероятно, следовала стилю, который носил дирижёр.

На картине Пувесле (Pouvesle), созданной по мотивам работы Фортоффера (Forthoffer) (период 1811-1813 гг.), изображён музыкант в кивере с латунной ромбовидной пластиной, с номером 3 и белым плюмажем с жёлтым кончиком. Мундир представляет собой короткий habit-veste тёмно-зелёного цвета с отворотами, как у полка, и белой галунной отделкой на воротнике, манжетах и ​​лацканах.
Плечи украшены белыми плетёными шнурами и погонами.
Гессенские сапоги с белой кружевной отделкой и кисточками.

Униформа саперов Ирландского легиона

С 1806 года в каждой карабинерской роте было добавлено два сапёра, один из которых был капралом-сапером или сержантом-сапером.
В 1808 году число сапёров было увеличено до четырёх на карабинерскую роту.

Во время марша сапёры обычно отделялись от своих основных рот и формировали роту во главе колонны.
До введения униформы 1811 года саперы, по-видимому, были одеты так же, как и карабинеры, но с добавлением шапки из медвежьей шкуры с красными шнурами и камбалой, а также красным плюмажем. Если на шапке сзади была тканевая нашивка, то она, возможно, была желтой с белым крестом.
Сапёр носил знаки отличия своей профессии — белые скрещенные топоры — на верхней части рукавов.
Сапёр носил традиционный белый или светло-коричневый кожаный фартук под мундиром, закреплённый на талии широким поясом с большой квадратной латунной пряжкой, украшенной изображением гранаты. На поясе сзади имелись две петли для крепления двух пистолетов по обе стороны от пряжки.
Носились прочные перчатки из белой кожи.
Топор носили на широком отбеленном кожаном поясе через левое плечо с латунной пряжкой и фурнитурой, а на груди — латунные значки в виде гранаты и скрещенных топоров.

Сапёры были вооружены пехотным карабином M1777, как у младших командиров, и снабжены подсумком для патронов унтер-офицерского образца с латунной гранатой и значком в виде скрещенных топоров на крышке.
Единственный известный источник более поздних сведений о форме саперов полка опять-таки принадлежит Герберту Кнетелю (Herbert Knötel) и имеет неясное происхождение. Сапёр периода 1811-1813 годов изображён в медвежьей шапке, как и прежде, но в новом коротком мундире 1811 года.

Все остальные детали в основном такие же, как и раньше, за исключением того, что фигура Кнетеля не вооружена пистолетами, а на сабельной перевязи есть овальная латунная пластина с изображением гранаты.
Сапер также держит широкий «немецкий» топор вместо более распространённого топора-дровосека, используемого большинством французских сапёров.

Знамена и орлы Ирландского легиона и его преемников

Знамя Ирландского легиона времен Консульства

Первое знамя, выданное Ирландскому легиону в январе 1804 года, имело уникальный дизайн, приблизительно 155 см х 180 см, и, по описанию Шарми, было выполнено из зеленого шелка с нарисованными узорами.

На лицевой и оборотной сторонах, вероятно, в стиле «Девы Эрин» (Maid of Erin), изображена золотая арфа, а столбик выполнен в форме бюста крылатой девы. Большинство современных изображений показывают простую ирландскую арфу, но есть веские основания полагать, что мотив «Девы Эрин», символ Éireannach Aontaithe, «Объединенных ирландцев», был более вероятным вариантом дизайна – теория, безусловно, выдвинутая Стивеном Эде-Борреттом (Stephen Ede-Borrett) в его превосходном исследовании флагов полка (First Empire, 1999).
На лицевой стороне знамени в центре располагался овальный картуш из синих, белых и красных полос, заключенный в золотой лавровый венок с зелеными лентами, обвивающими ветви. Надпись была выполнена золотыми буквами: LE PREMIER / CONSUL (на синем) AUX IRLANDOIS / (на белом) UNIS (на красном), «THE FIRST CONSUL TO THE UNITED IRISHMEN».
На обороте находился центральный овальный медальон с желтой окантовкой, расписанный венком из дубовых и лавровых веток настоящих цветов вокруг красного центрального диска с надписью LIBERTÉ / DES / CONSCIENCE / INDÉPENDENCE / DE L’IRLANDE; FREEDOM OF CONSCIENCE:INDEPENDENCE OF IRELAND.
Это знамя было официально заменено в декабре 1804 года, когда Ирландскому легиону были выданы новые флаги и орел.
Хотя флаг времен «Консульства» часто изображается в сочетании с полковым орлом, маловероятно, что флаг и орел когда-либо использовались вместе, а древко флага было бы увенчано простым латунным наконечником в виде копья.

Знамя с декабря 1804 года

В декабре 1804 года Наполеон санкционировал выпуск имперского орла и нового флага для легиона.
Флаг снова имел уникальный узор, подчеркивающий революционные настроения Ирландии.
Флаг имел стандартный квадрат 80 см х 80 см, но, в отличие от большинства французских флагов, имел золотую бахрому по трем краям. Он был выполнен из зеленого шелка с золотой надписью L’EMPEREUR / DES FRANÇAIS / A LA LÉGION / IRLANDAISE на лицевой стороне и золотым изображением арфы «Девы Эрин» на оборотной стороне, над надписью L’INDEPENDENCE / D’IRLANDE.

В своих мемуарах капитан Бирн сообщает, что еще два флага аналогичного образца были выпущены в 1810 году и отправлены во 2-й и 3-й батальоны в Испании. По словам Бирна, на лицевой стороне этих флагов была дополнительная строка текста, идентифицирующая батальон «2^EME (3^EME ) BATAILLON». Флаги так и не попали в батальоны, поскольку они уже были переброшены в Португалию и хранились в Вальядолиде до возвращения на склад в Хертогенбосе в Голландии и, возможно, никогда не использовались в полевых условиях.

Знамя 3-го Иностранного полка образца 1812 года

В 1812 году для 1-го батальона был заказан новый флаг образца 1812 года, который выдавался всем французским полкам. Флаг снова имел приблизительные размеры 80 см x 80 см и был украшен золотой бахромой. На лицевой и оборотной сторонах флага были три вертикальные полосы сине-бело-красного цвета, а нижняя часть древка была синего цвета.

Обе стороны флага были украшены стандартными бордюрными узорами: коронами, шифрами N в венке и имперскими орлами, перемежающимися молниями на вертикальной стороне и золотыми пчелами по верхнему и нижнему краям.
На лицевой стороне флага золотой надписью было написано L’EMPEREUR / NAPOLÉON / AU 3^ER / REGIMENT / ÉTRANGÈRE, а на оборотной стороне надпись отсутствовала или повторялась с лицевой стороны.
Орел несла 2-я егерская рота 1-го батальона; а флаги 2-го и 3-го батальонов — их соответствующие 2-е егерские роты. В состав эскортной группы для орла входили орлоносец (Porte-Aigle), капитан или лейтенант, выбранный командиром полка для чести нести орла, от которого с 1811 года требовалось иметь не менее десяти лет службы, и два сержанта-ассистента (2e/3e Porte Drapeaux); новое звание, введенное Наполеоном в линейной и легкой пехоте в 1806 году после выдачи имперских орлов всем пехотным полкам.

Два сержанта были назначены в качестве эскортных лиц для орла и несли семифутовый эспонтон, или боевой топор с заостренным вымпелом, который мог быть белым, красным или синим и обычно имел надпись NAPOLEON или обозначение полка. Древко эспонтона обычно окрашивали в белый, красный или синий цвет, чтобы оно соответствовало вымпелу.
Красный вымпел нёс 2-й сержант-ассистент, стоявший справа от знаменосца, а белый или синий вымпел нёс 3-й сержант-ассистент, стоявший слева.
В 1811 году все служившие 2-е/3-и сержант-ассистенты были произведены в главные сержанты.
В полевых условиях эскорт был дополнен шестью ветеранами из рот карабинеров или егерей, обычно сержантами или капралами. Когда орла проносили вместе с полком для смотра, почётный караул состоял из сержантов 2-го/3-го сержант-ассистентов и шести старших карабинеров или егерей фурье полка.

Ротные фаньоны (fanion)

Каждой роте выдавали ротные фаньоны, которые могли различаться по дизайну и размеру. Их несли на парадах и при построении на поле боя капрал или сержант в качестве ориентира, на котором рота выстраивалась в линию. После построения в бою фаньоны отправлялись обратно в полковой обоз.

Дизайн фаньонов, использовавшихся Ирландским полком, неизвестен, но, вероятно, он был похож на фаньоны французских полков легкой пехоты, возможно, с полевым цветом зеленого или зеленого и желтого, разделенных по диагонали пополам, с изображением ротного знака — гранаты или рожка — в центре фаньона или в правом верхнем углу.

Судьба знамен Ирландского легиона и его приемников

Ирландский полк сохранял своего орла с 1804 по 1814 год. Орел находился с 1-м батальоном в Вальхерене в 1809 году, когда батальон был взят в плен британцами, но был спрятан под мундиром шефа батальона Уильяма Лоулесса, и доставлен в безопасное место, когда тот избежал плена.
Судьба флага образца 1804 года неизвестна, но он больше не упоминается после 1809 года и, возможно, был уничтожен в Вальхерене.
Неизвестно, были ли захвачены какие-либо флаги батальона, и 1-й батальон получил новый флаг в 1812 году, который, вполне возможно, был заменой утраченного знамени 1804 года.
Согласно мемуарам Бирна, орел и все существующие знамена были конфискованы роялистским правительством после реставрации 1814 года и уничтожены вместе со многими другими имперскими орлами в Монтрее. На протяжении многих лет ходили многочисленные неподтвержденные слухи о том, что орел или, по крайней мере, знамя сохранился и был тайно вывезен из Франции в Ирландию, а копии знамени выдавались за оригиналы в течение XIX века ирландскими революционными группами.