KEY
TAKEAWAYS
Эмманюэль де Груши: последний маршал Наполеона
В период «Ста дней» Наполеон вернул его на службу, чтобы тот командовал резервной кавалерией. Новоиспеченному маршалу было поручено продолжить наступление после битвы при Линьи, когда разгромленная прусская армия потерпела поражение.
Именно в этом качестве многие офицеры — и некоторые историки — считали, что Груши предал императора в самый критический момент. Вот одно из мнений (Joel Tyler Headley):
«Неумелое руководство Груши в битве при Ватерлоо подорвало его славу и поставило его в незавидное положение перед всем миром. В условиях ажиотажа, вызванного окончательным свержением Наполеона, имя Груши стало предметом всеобщего осуждения, его обвиняли в слабости, отсутствии энергии и, наконец, в том, что он предал Францию союзникам».
Груши: происхождение и начало военной карьеры (1766–1791)
Художник Jean-Sébastien Rouillard, 1835.
Эмманюэль де Груши родился 23 октября 1766 года в Париже.
Семья его принадлежала к старинному нормандскому дворянству шпаги [noblesse d’épée] — одному из наиболее древних сословий французской аристократии.
Детство он провёл в родовом замке Виллетт [Château de Villette] в Кондекуре [Condécourt], в сорока километрах к северо-западу от Парижа.
Его отец, Франсуа-Жак де Груши, 1-й маркиз де Груши, служил в юности пажом при дворе Людовика XV; мать отличалась незаурядным умом и учёностью. Зимами семья жила в Париже, принимая интеллектуальную элиту своего времени.
Старшая сестра Эмманюэля, Софи [Sophie de Grouchy], прославилась красотой, умом и писательским даром. Её супругом стал выдающийся математик и философ Никола де Кондорсе [Nicolas de Condorcet], один из виднейших деятелей французского Просвещения.
Справа: Мари Жан Антуан Николя де Карита, маркиз Кондорсе (17 сентября 1743 — 29 март 1794), известный как Николя де Кондорсе – французский философ, политэконом, политик и математик.
Другая сестра, Шарлотта-Фелисите [Charlotte-Félicité], вышла замуж за философа и врача Пьера Жана Жоржа Кабаниса [Pierre Jean Georges Cabanis]. Таким образом, двое выдающихся мыслителей своей эпохи стали зятьями Груши — обстоятельство, наложившее отпечаток на его взгляды и впоследствии вызывавшее подозрения в наполеоновской администрации.
С юности Эмманюэль готовился к военной карьере.
В 1780 году он поступил в артиллерийское училище Страсбурга [École d’Artillerie de Strasbourg], по окончании которого получил чин лейтенанта в полку La Fère.
В 1782 году он был переведён в кавалерию, а в 1784 году стал капитаном Иностранного королевского полка [Royal Foreign Regiment].
В 1785 году Груши был представлен Людовику XVI.
Художник Антуан-Франсуа Калле.
Молодой офицер произвёл на короля столь благоприятное впечатление, что в следующем году, в возрасте двадцати лет, он был назначен подполковником Шотландской роты Гардекорп [Scottish Company of the King’s Life Guards] — одного из наиболее привилегированных подразделений королевской армии. Революционные убеждения, которые он разделял с сёстрами и их мужьями, побудили его через год покинуть гвардию.
В 1785 году Груши вступил в брак с Сесиль ле Дульсе де Понтекулан [Cécile le Doulcet de Pontécoulant] (1767–1827), сестрой политика Луи-Гюстава де Понтекулана [Louis Gustave le Doulcet, comte de Pontécoulant]. В этом браке у него родилось четверо детей: Эрнестина (1787–1866), Альфонс (1789–1864), Эме-Клементина (1791–1826) и Виктор (1796–1864).
Революционные войны (1792–1800)
Вопреки аристократическому происхождению, Груши с самого начала принял сторону Революции.
Отказавшись от эмиграции, он вступил в ряды революционной армии.
В конце 1791 года он стал подполковником 12-го полка конных егерей [12e Chasseurs à Cheval], затем в 1792 году — полковником 2-го Драгунского полка, а впоследствии 6-го гусарского полка [6e Hussards].
Художник Жорж Руже.
В том же году он участвовал в завоевании Савойи и был произведён в сентябре 1792 года в лагерные маршалы [maréchal de camp — упраздненный младший генеральский чин во французской армии, который по своей сути и статусу был эквивалентен современному генерал-майору или бригадиру].
В 1793 году Груши был направлен в Армию Бретонских берегов. Там он познакомился с генералом Лазаром Гошем [Lazare Hoche] и стал его подопечным. В ходе боёв он оборонял Нант против роялистских повстанцев Франсуа де Шаретта [François de Charette] и отбил вандейцев в лагере Соринье [camp de Sorinières]. За эти боевые заслуги он был произведён в дивизионные генералы [général de division].
Однако в конце сентября 1793 года, в разгар якобинского террора, его отстранили от службы как дворянина по рождению и некоторое время он состоял рядовым Национальной гвардии.
В ноябре 1794 года Груши был восстановлен на службе в Западной армии.
В апреле 1795 года представители народа в армии утвердили его в чине дивизионного генерала, и он занял пост начальника штаба при Гоше. Между ними установились отношения подлинного доверия: Груши нередко командовал войсками, когда Гош отсутствовал.
Художник Жан-Луи Ланёвиль.
Вместе они участвовали в разгроме эмигрантского десанта при Кибероне [Quiberon] в июле 1795 года.
В конце 1796 года Директория назначила Груши заместителем командующего экспедиционным корпусом для высадки в Ирландии. Экспедиция была задумана с целью поднять ирландское восстание против английского господства. Но шторм разметал флот: корабль с командующим Гошем унесло в сторону. Груши, оказавшийся старшим по чину в уцелевшей части эскадры, так и не решился принять самостоятельное командование и отдать приказ о высадке.
Наблюдатель Вульф Тон [Wolfe Tone], отдавая должное личной отваге Груши, записал, что тот «держался решительно, как человек духа», — несмотря на полную неготовность предприятия («у нас было лишь оружие в руках, одежда на плечах да изрядная храбрость»).
Флот вернулся ни с чем — и этот эпизод стал первым симптомом той нерешительности при самостоятельном командовании, которая скажется двадцать лет спустя.
В 1798 году Груши был направлен в Итальянскую армию под командованием генерала Жана-Батиста Журдана [Jean-Baptiste Jourdan].
По мотивам Жозефа-Мари Вьена — «Maréchaux d’Empire».
Умело используя угрозу военной силы, он добился того, что король Сардинии Карл-Эммануил IV [Charles-Emmanuel IV] отрёкся от своих континентальных владений — Пьемонта, после чего Директория поручила Груши организацию завоёванной территории. Он просил перевести его в Египетскую экспедицию, однако Наполеон Бонапарт предпочёл ему генерала Бертье [Berthier].
Оставшись в Итальянской армии, теперь уже под командованием генерала Бартелеми Жубера [Barthélemy Joubert], Груши чрезвычайно отличился в кампании 1799 года против австрийских и русских войск. 15 августа 1799 года в катастрофическом для французов сражении при Нови [Novi] он сражался на левом фланге.
Битва при Нови, произошедшая 15 августа 1799 года, была сражением между объединённой армией Габсбургской монархии и имперской России под командованием фельдмаршала Александра Суворова и республиканской французской армией под командованием генерала Бартелеми Катрина Жубера.
Как только Жубер пал в битве, Жан Виктор Мари Моро немедленно принял общее командование французскими войсками.
После продолжительной и кровопролитной борьбы австро-русские войска прорвали французскую оборону и заставили своих врагов отступить в беспорядке, а командиры французских дивизий Катрин-Доминик де Периньон и Эммануэль Груши были взяты в плен.
Прикрывая отступление разбитых французских частей, он получил четырнадцать ранений и был взят в плен при Пастуране [Pasturana].
В плену Груши не поступился принципами. Узнав о государственном перевороте 18 брюмера, он направил письмо с протестом против установления Консулата — добившись подписи под ним ряда других офицеров. Это письмо попало на стол Первого консула.
На службе у Наполеона (1800–1814)
Наполеон, вопреки ожиданиям, не затаил обиды и немедленно вернул освобождённого в 1800 году Груши в строй.
Тот принял командование 1-й дивизией Рейнской армии; уже 3 декабря 1800 года, через два дня после вступления в должность, его войска сыграли решающую роль в победе при Гогенлиндене [Hohenlinden].
Центральная фигура на белой лошади — генерал Жан Виктор Моро, командующий французскими войсками, одержавшими решающую победу.
Груши изображен справа на картине рядом с маршалом Неем.
Художник Анри Фредерик Шопен.
Это сражение закрепило репутацию Груши как одного из первых кавалерийских командиров Франции. После Люневильского мира он был назначен генеральным инспектором кавалерии.
Дальнейшему продвижению Груши препятствовали, однако, его связи с генералом Жан-Виктором Моро [Jean Victor Marie Moreau] — политическим соперником Бонапарта. Когда в 1804 году Моро был осуждён, Груши публично выступил в его защиту, и хотя это, по всей видимости, не отразилось немедленно на карьере, подозрения в имперском окружении не рассеивались.
Лишь в 1805 году Груши получил полнокровное боевое назначение — команду над 2-й дивизией корпуса в Голландии под командованием генерала Мармона [Marmont]; корпус вошёл в состав Великой армии как II корпус и участвовал в Ульмской кампании.
В 1806 году, командуя 2-й Драгунской дивизией Кавалерийского резерва в ходе блицкрига против Пруссии, Груши принудил к капитуляции генерала Фридриха-Людвига фон Гогенлоэ-Ингельфингена [Hohenlohe-Ingelfingen] и первым вошёл в Любек [Lübeck].
Кампания 1807 года в Польше принесла ему новую воинскую славу: при Эйлау [Eylau] его кавалерийская атака была признана современниками героической — под ним была убита лошадь и он сам был ранен; при Фридланде [Friedland] он вновь отличился.
За обе кампании он был удостоен Большого орла ордена Почётного легиона и Большого креста Военного ордена Баварии.
В 1808 году Груши был назначен командиром кавалерии Армии Испании, а также губернатором Мадрида. Когда 2 мая 1808 года Мадрид поднялся на восстание («Dos de Mayo»), он подавил его по приказу маршала Мюрата [Joachim Murat].
1809 год стал годом высшего признания Груши. В кампании против Австрии в рядах Итальянской армии вице-короля Евгения де Богарне [Eugène de Beauharnais] он командовал 1-й Драгунской дивизией. Сражение при Рабе [Raab] (14 июня 1809 года) было решено в значительной мере его усилиями; при Ваграме [Wagram] (5–6 июля 1809 года) его дивизия обеспечивала крайний правый фланг французской линии.
В награду Наполеон присвоил ему почётный пост генерал-полковника конных егерей [Colonel-Général des Chasseurs à Cheval] и возвёл в достоинство графа Империи [comte d’Empire].
В Русской кампании 1812 года Груши командовал III Кавалерийским корпусом, подчинённым принцу Евгению.
При Бородино [Borodino] (7 сентября 1812 года) он был ранен картечью в грудь, но остался в строю.
Во время беспримерно тяжёлого отступления из Москвы Наполеон поручил ему командование Священным эскадроном [Bataillon Sacré] — особым подразделением, составленным из офицеров, лишившихся своих солдат, и предназначенным для личной охраны Императора.
По возвращении во Францию в начале 1813 года Груши, измотанный походами и ранениями, просил о переводе в пехоту. Наполеон отказал: он не хотел расставаться с одним из лучших своих кавалерийских командиров.
Груши попросил вывода за штат — и получил его.
Когда войска союзников вторглись в пределы Франции в начале 1814 года, Груши немедленно вернулся на службу. Командуя кавалерией в ходе оборонительной кампании, он особенно отличился при Вошане [Vauchamps].
7 марта 1814 года при Краоне [Craonne] пуля пробила ему бедро; хромота осталась у него до конца жизни.
Художник Юнг Теодор.
После отречения Наполеона в апреле Бурбоны лишили Груши поста генерал-полковника конных егерей, передав его герцогу Беррийскому, и отправили его в отставку.
Сто дней и Ватерлоо (март–июнь 1815 г.)
В марте 1815 года, узнав о возвращении Наполеона с острова Эльба, Груши немедленно примкнул к нему. Он принял командование Южной армией [Armée du Midi] и в короткое время разгромил роялистские силы герцога Ангулемского [duc d’Angoulême] — захватив самого герцога в плен и отпустив его под честное слово.
15 апреля 1815 года Наполеон произвёл Груши в маршалы Франции — это было последнее маршальское производство, которое он совершил.
2 июня 1815 года Груши стал пэром Франции.
В Бельгийской кампании Груши командовал резервной кавалерией армии. В сражении при Линьи [Ligny] 16 июня 1815 года он сражался в первых рядах. На следующий день, 17 июня, Наполеон вверил ему командование правым крылом армии — более 33 000 человек, с 96 орудиями — и поручил преследовать разбитую Прусскую армию, отрезая её от британских войск Веллингтона [Wellington].
Устные приказы Наполеона были «крайне просты и кратки:
Однако уже с первых часов преследования возникли проблемы.
Груши выступил поздно, совместил маршруты двух корпусов на одну дорогу и утратил темп. Блюхер [Blücher] вёл свои войска не на Намюр и Льеж (куда предполагал Наполеон), а напрямую к Брюсселю, стремясь соединиться с Веллингтоном.
Утром 18 июня 1815 года Груши остановился в доме нотариуса в Вальэне [Walhain]. Вокруг стола с разложенными картами собрались командиры корпусов. Внезапно с запада донёсся и стал нарастать гул орудийной канонады.
Не оставалось сомнений: у Ватерлоо началось генеральное сражение.
Вдали гремят пушки сражения при Ватерлоо. Генерал Жерар призывает:
«Марш на звук орудий!» (Marchez au canon!).
Груши отказывает — и следует последнему письменному приказу Наполеона: преследовать пруссаков к Вавру.
Этот момент стал одним из самых обсуждаемых в историографии эпохи.
Художественная реконструкция.
Дивизионный генерал Этьен Жерар [Étienne Gérard] немедленно потребовал повернуть войска на звук орудий. Груши выслушал его и отказал:
Жерар пытался ещё раз — просил позволения взять свой корпус и идти на Ватерлоо одному.
Снова последовал отказ: делить силы на двух берегах реки Диль [Dyle] Груши считал «непростительной военной ошибкой».
Генерал Бальтюс [Baltus de Guion] указал на картографические сложности прохода артиллерии через дефиле; генерал Валаже [Valazé] возражал, что сапёры справятся с любым препятствием.
Груши остался непреклонен.
Историки по сей день расходятся в оценке этого решения.
Клаузевиц [Clausewitz] признавал: в ситуации ясного приказа нет оснований требовать от командира произвольного отступления от него.
Критики же, от Тьера [Thiers] до современных авторов, настаивают, что именно здесь, в Вальэне, Груши упустил последний шанс повлиять на судьбу кампании. Сражение при Вавре [Wavre] продолжалось 18–19 июня: Груши атаковал прусский III корпус под командованием генерала Тилльмана [Thielmann].
Переправа через Диль давалась с большим трудом: мост Понт-дю-Крист [Pont du Christ] пришлось штурмовать многократно; пехота понесла тяжёлые потери.
Войска маршала Груши атакуют мост Пон-дю-Крист через реку Диль. III прусский корпус генерала Тильмана (около 17 000 человек) удерживает оборону на другом берегу. Река вздулась от дождей, мост стал главным объектом боя.
Груши одержал тактическую победу — но уже поздно: Наполеон потерпел поражение при Ватерлоо.
Художественная реконструкция.
К 4-м часам дня генерал Пажоль [Pajol] захватил слабо охраняемый мост у Лималя [Limale], и французы наконец переправились. Тем временем главные силы пруссаков беспрепятственно ушли к Ватерлоо.
Во второй половине дня Груши получил письменный приказ Наполеона, из которого явствовало: Император всё-таки хочет, чтобы он двигался «на звук орудий». Но уже было безнадёжно поздно.
На следующее утро, 19 июня, Груши нанёс Тилльману поражение при Вавре и готовился к преследованию, когда около 10:30 получил известие о разгроме при Ватерлоо.
Это был конец.
Отступление к Парижу и второе изгнание (июнь 1815 – май 1820 г.)
Получив известие о катастрофе, Груши сохранил выдержку и немедленно приступил к отступлению — организованному, без паники, с корпусами, сохранявшими боеспособность. Через Намюр [Namur], где арьергард дивизии Тесте [Teste] задержал пруссаков и дал главным силам время оторваться, армия шла к Парижу.
Форсированными маршами войска Груши вышли к столице раньше союзных авангардов и заняли позиции между Парижем и наступавшим противником. По позднейшей оценке историка Поля Доусона [Paul Dawson], это отступление было «образцовым боевым отходом» — одним из лучших примеров того рода военного искусства в войнах наполеоновской эпохи.
Когда 22 июня 1815 года Наполеон отрёкся от власти во второй раз, и армейское командование перешло к маршалу Даву [Davout], Груши немедленно сдал командование, не желая участвовать в политических манёврах о будущем устройстве страны. После второго отречения Наполеона он обратился к своим солдатам с прокламацией в поддержку Наполеона II.
Художник Леопольд Бюшер.
Наполеон II (Наполеон Франсуа Шарль Жозеф Бонапарт; 20 марта 1811 — 22 июля 1832) был спорным императором Франции в течение двух недель в 1815 году. Он был сыном императора Наполеона I и императрицы Марии Луизы, дочери императора Франца I Австрийского.
Умер от туберкулеза в возрасте 21 года.
Посмертно ему было присвоено прозвище L’Aiglon («Орлёнок»).
Декрет от 24 июля 1815 года поставил Груши вне закона — тем же декретом, что обрёк маршала Нея на расстрел.
Груши успел бежать. Он добрался до острова Гернси, а оттуда отплыл в Новый Свет.
Изгнание в Соединенных Штатах (1816–1820)
В январе 1816 года Груши прибыл в Балтимор. Американская пресса встретила его тепло:
Груши обосновался в Филадельфии, где к тому времени сложилась немаленькая колония французских эмигрантов-бонапартистов.
В мае 1816 года французская община города устроила в его честь торжественный приём.
В ноябре он объехал Ниагарский водопад.
Рождество 1816 года Груши провёл в Борденстауне [Bordentown, New Jersey] — в гостях у Жозефа Бонапарта [Joseph Bonaparte], брата Наполеона, обосновавшегося в Америке. Жозеф, несмотря на общую для них катастрофу Ватерлоо, принял его радушно.
Груши купил землю в северном Нью-Йорке, неподалёку от владений Жозефа.
В 1817 году к нему приехали сыновья Альфонс и Виктор. Все трое вступили в пайщики «Виноградно-оливковой колонии» [Vine and Olive Colony] в Алабаме — одном из проектов французских эмигрантов по освоению американских земель. Однако ни один из них так и не занялся хозяйством всерьёз; их земельные наделы в конечном счёте были утрачены за неиспользованием.
Осенью 1817 года Груши предпринял попытку посетить Томаса Джефферсона [Thomas Jefferson] в Монтичелло с рекомендательным письмом от маркиза де Лафайетта [Lafayette]. Болезнь сына остановила его в Уилмингтоне [Wilmington, Delaware], в доме его друга Элетера дю Пона де Немур [Éleuthère du Pont de Nemours].
Приговорённый к смерти заочно как сторонник Наполеона, он бежал в США и несколько лет прожил в Филадельфии. Здесь в 1818 году он написал «Observations sur la Relation de la Campagne de 1815» — первую публичную защиту своих действий при Ватерлоо.
Амнистия последовала 24 ноября 1819 г.; в мае 1820 г. Груши вернулся во Францию.
Художественная реконструкция (визуальных источников о его жизни в США не сохранилось).
Он написал письмо Джефферсону, в частности указал:
Джефферсон ответил письмом:
19 марта 1818 года на пороховом заводе дю Пона на Брэндивайн-Крик [Brandywine Creek] произошёл взрыв, унёсший жизни 34 рабочих. Груши и Альфонс, находившиеся рядом, бросились к месту катастрофы. Рискуя жизнью, они разрубили горящий деревянный переход к ещё не взорвавшемуся пороховому сушильному цеху, остановив распространение огня.
Американская пресса подробно описала этот эпизод, отметив, что именно их действия спасли значительную часть имущества завода и жизни семей рабочих.
Тем временем из Европы поступали тревожащие сообщения. Приближённые Наполеона на острове Святой Елены — в первую очередь генерал Гурго [Gourgaud] — публично возлагали на Груши ответственность за Ватерлоо. Груши яростно опровергал эти обвинения в американской печати и в 1818 году издал в Филадельфии книгу «Наблюдения об описании кампании 1815 г. генералом Гурго» [Observations sur la relation de la campagne de 1815 par le général de Gourgaud]. По его словам, сочинения, выходившие с острова Святой Елены, были призваны скрыть собственные ошибки Наполеона в ходе кампании.
В ноябре 1819 года Людовик XVIII даровал Груши амнистию.
26 мая 1820 года он отплыл из Нью-Йорка во Францию — после более чем четырёх лет изгнания.
Возвращение Груши во Францию и последние годы (1820–1847)
Вернувшись, Груши был восстановлен в чине генерала, однако не маршала и не пэра Франции.
Он оказался в положении человека, которого отвергали оба противостоявших лагеря: придворные дворяне — за то, что принял сторону Революции и Наполеона; ветераны Великой армии — за то, что предал Наполеона при Ватерлоо.
Эта двойная опала тяготила его на протяжении многих лет.
Груши продолжал издавать книги и памфлеты в защиту своих действий — эта полемическая деятельность, принявшая масштаб целого литературного наследия, стала, по сути, главным занятием последних десятилетий его жизни.
1 февраля 1827 года скончалась его первая жена Сесиль.
В июне того же года шестидесятилетний маршал женился во второй раз — на Жозефин-Фанни Юа [Joséphine-Fanny Hua] (1802–1889), которая была на 36 лет его моложе. В 1830 году у них родилась дочь Ноэми [Noémie] (1830–1843).
Июльская революция 1830 года, свергнувшая Бурбонов, открыла Груши путь к запоздалой реабилитации. Луи-Филипп I вернул ему маршальский жезл в ноябре 1831 года и восстановил в Палате пэров в 1832 году. Груши оказался в числе немногих маршалов, доживших до перенесения праха Наполеона из Святой Елены в Париж (1840) и лично участвовавших в этой церемонии.
После 25 лет борьбы за реабилитацию — судов, апелляций и литературной полемики — ему вернули маршальский жезл (около 1840 г.).
Он умер 29 мая 1847 г. в возрасте 80 лет в Сент-Этьене и похоронен на кладбище Пер-Лашез в Париже.
Министр Трезель запретил произносить надгробную речь.
Художественная реконструкция.
Маршал Эмманюэль де Груши скончался 29 мая 1847 года в Сент-Этьене [Saint-Étienne] — на обратном пути из поездки в Италию. Ему было восемьдесят лет.
Он погребён на кладбище Пер-Лашез [Père Lachaise] в Париже, в 57-м отделении.
Имя Груши начертано на северном пилоне Триумфальной арки в Париже [Arc de Triomphe de l’Étoile].
В 1827–1874 годах пятитомные «Мемуары маршала маркиза де Груши» [Mémoires du maréchal Marquis de Grouchy] были изданы его потомками в Париже.
Историческая оценка Эмманюэля Груши
Эммануэль Груши участвовал почти во всех кампаниях Наполеона:
— 1800: Гогенлинден — командовал кавалерией под Моро (последняя победа республиканца);
— 1806–1807: Пруссия и Польша (Эйлау, Фридланд);
— 1808–1809: Испания (контрповстанческие операции), Ваграм;
— 1809: назначение генерал-полковником конных егерей (Colonel-Général des Chasseurs à Cheval);
— 1812: Россия — командующий III Кавалерийским корпусом резерва; отличился в Бородинском сражении; командовал Священным эскадроном при отступлении;
— 1813: Германия (Дрезден, Лейпциг);
— 1814: Реставрация — возвращение в армию при Бурбонах.
Но место маршала Груши в истории определяется прежде всего дискуссией о том, что произошло — и что могло произойти — 18 июня 1815 года. На протяжении полутора столетий историки расходились во мнениях: был ли он виновником поражения, жертвой обстоятельств или человеком, добросовестно исполнявшим плохо сформулированный приказ?
Показательны два обстоятельства.
Во-первых, Груши — единственный среди более чем 353 маршалов Франции, кому это звание было присвоено дважды (1815 и 1831).
Во-вторых, два последовательных военных суда отказались его осудить, объявив себя некомпетентными. Ней был расстрелян; Груши прожил ещё тридцать два года.
Современный историк Поль Доусон, работавший с документами, составленными непосредственно в ходе событий, пришёл к следующему выводу:
Главная слабость Груши — его нерешительность при самостоятельном командовании в критической ситуации — проявлялась не впервые. Она давала о себе знать ещё в Ирландской экспедиции 1796 года. Двадцать пять лет службы в подчинённых командованиях, видимо, окончательно убили в нём ту самостоятельную инициативу, которой требовал от него роковой момент 18 июня.
Наполеон же, восстанавливая события Ватерлоо на острове Святой Елены, произнёс слова, которые по сей день помнят все изучающие эту кампанию:
Внешний вид Груши и его униформа
В 1809-1814 годах, занимая должность генерал-полковника конных егерей [Colonel-Général des Chasseurs à Cheval], дивизионный генерал Груши носил особую парадную форму легкокавалерийского образца.
Мундир был целиком сшит из тёмно-зелёного сукна с широкими закруглёнными у верхних пуговиц лацканами.
Мундир богато украшен золотым шитьем: верхний и передние края воротника, края лацканов, обшлагов, отворотов фалд и клапанов вертикальных карманов отделаны орнаментом в виде узкой полосы с фигурным краем.
Кроме того, все перечисленные детали, кроме клапанов карманов, украшались орнаментом в виде гирлянд из дубовых листьев с желудями, так же расшивалось сукно на талии мундира и рукава вдоль швов.
Внизу отворотов фалд вышивались изображения золотых егерских рожков с молниями. Сами отвороты фалд загибались и пришивались так, что внизу не образовывался треугольник.
Эполеты с тремя серебряными звёздами дивизионного генерала [général de division] и аксельбант с позолоченными карандашами на левом плече дополняли его.
Пуговицы мундира — полусферические, позолоченные.
Однобортный гусарский жилет из алого сукна без рукавов и с небольшим воротником, расшитый золотыми шнурами и галунами по краям воротника, бортов и низа, а также прорезям горизонтальных карманов.
15 больших сферических и 30 малых полусферических позолоченных пуговиц.
Поясной шарф общегенеральскоro образца с кистями и золотой канительной бахромой соткан из золотых нитей.
Столбики кистей украшены щитками с рельефными серебряными звездами дивизионного генерала.
Длинные алые чакчиры в гусарском стиле с золотыми «пиками» и серебряными звёздами генеральского чина.
По внешним швам чакчир — однорядные лампасы, причем на уровне ягодиц этот галун смещался на заднюю половину чакчир и выкладывался в виде дуги.
Зелёные марокканские гусарские сапоги с позолоченными шпорами и золотыми кистями завершали нижнюю часть туалета.
На левой стороне мундира носились: звезда ордена Почётного легиона, офицерский крест ордена Почётного легиона, знак итальянского ордена Железной Короны [Ordre de la Couronne de Fer]. Через правое плечо, под мундиром поверх жилета, надевалась широкая алая муаровая лента со знаком командора ордена Почётного легиона.
Двуугольная шляпа из черного фетра соответствует регламентированному для высших офицеров образцу, за некоторыми исключениями: края полей богато украшены золотыми фигурными галунами с рельефным орнаментом в виде дубовых листьев с желудями, но не отделаны плюмажем из белых страусиных перьев.
В углах шляпы пришиты золотые кисти с толстой канительной бахромой, а петлица сделана не из галуна, а из золотых канительных жгутов.
Кавалерийский плащ с шит из мундирного сукна с большим стоячим воротником, широкой пелериной и без рукавов. Верхний и передние края воротника, нижний и передние края пелерины украшены золотым шитьем в виде узкой полосы с фигурным краем и орнаментом в виде гирлянд из дубовых листьев с желудями.
Этот плащ мог носиться внакидку, удерживаясь на плечах при помощи ментишкета из золотых металлических нитей.
Семья Груши, его сочинения и масонство
Первая жена: Сесиль ле Дульсе де Понтекулан [Cécile le Doulcet de Pontécoulant] (1767–1827); четверо детей.
Вторая жена (с 1827 г.): Жозефин-Фанни Юа [Joséphine-Fanny Hua] (1802–1889); одна дочь, Ноэми (1830–1843).
Сочинения Груши:
— «Наблюдения об описании кампании 1815 г. генералом Гурго» [Observations sur la relation de la campagne de 1815 par le général de Gourgaud] (Филадельфия и Париж, 1818);
— «Опровержение некоторых статей мемуаров г-на герцога де Ровиго» [Réfutation de quelques articles des mémoires de M. le Duc de Rovigo] (Париж, 1829);
— «Исторические фрагменты, относящиеся к кампании и сражению при Ватерлоо» [Fragments historiques relatifs à la campagne et à la bataille de Waterloo] (Париж, 1829–1830);
— «Жалоба против барона Бертезена» [Plainte contre le général Baron Berthezène] (Париж, 1834);
— «Мемуары маршала маркиза де Груши» [Mémoires du maréchal Marquis de Grouchy], 5 тт. (Париж, 1873–1874; изданы посмертно).
Масонство: Груши был посвящён в 1787 году в ложе «Героизм» [L’Héroïsme] в Бове [Beauvais]; также был членом ложи «Чистосердечие» [La Candeur] в Страсбурге.
