KEY
TAKEAWAYS
ДАВУ (д’Аву) Луи-Никола — Железный маршал Наполеона
Его храбрость была блистательной и проявлялась прежде всего в смелых подвигах, внезапность и успех которых часто скрывали их безрассудство.
Если бы он был более красивым мужчиной и больше любил шик, Даву сравнивали бы с Муратом. В любом случае, он был гораздо более суровым и гораздо менее любимым.
Хотя его уважали, он не пользовался особой популярностью. Его суровый, властный и деспотичный характер отталкивал людей, и те, над кем обстоятельства вынудили его распространить свою власть, имели мало оснований быть довольными его правлением.
Более того, он был безупречно честным человеком.
Луи-Никола Даву (1770–1823) — маршал Франции, герцог Ауэрштедтский, принц Экмюльский. Единственный из маршалов Наполеоновской империи, не потерпевший ни одного поражения в открытом бою. Его победа при Ауэрштедте в 1806 году, одержанная против войска, в несколько раз превосходившего по численности, по сей день входит в учебники военного искусства.
Современная художественная реконструкция по историческим данным.
Происхождение и ранние годы (1770–1793 годы)
Луи-Никола д’Аву (Louis-Nicolas Davout) родился 10 мая 1770 года в Аннуэ (Йонна) в семье, принадлежавшей к старинному бургундскому дворянскому роду, документально прослеживаемому с XIII столетия. Исконная форма фамилии — д’Аву (d’Avout, с дворянской частицей). Эта фамилия идёт от названия бургундской деревушки Аво (Аvоt) или Аву (Ауоul), которая принадлежала родоначальнику семьи по имени Жеан (Jehan), жившему в XIII веке (около 1240 г.).
В 1768 году лейтенант Жан-Франсуа д’Аву, красивый, но небогатый офицер, живший лишь на жалование, женился на Франсуазе-Аделаиде Минар де Велар (1741-1810), дочери подполковника Форезского пехотного полка Этьена Минара, получившего дворянство в 1737 г.
Молодожёны поселились в Анну, где и появился на свет их первенец — Луи-Никола.
Семья хранила прочную военную традицию: в Королевском Шампаньском кавалерийском полку (Royal-Champagne-Cavalerie) последовательно служили его дед, отец и дядя. Его отец Жан-Франсуа был лейтенантом этого полка.
Вскоре после его рождения в 1770 году его родители переехали в Этиве, примерно в двенадцати километрах к северо-востоку от Анну, в дом, где позже родились его два брата, Александр (14 сентября 1773 года) и Шарль.
Семья оставалась там до 1779 года, и поэтому он провел там значительную часть своего детства.
Отец Луи-Никола получил ранения во время охоты на кабана и скончался 3 марта 1779 года в больнице Аваллона. После этого его мать, Аделаида д’Аву, переехала с детьми в Равьер, где они обосновались в доме ее матери, Марии-Луизы де Велар, которая к тому времени также была вдовой.
В 1784 году бабушка будущего маршала ушла из жизни, однако дом остался в собственности семьи д’Аву.
В 1779 году Луи-Никола поступил в Оссерский военный колледж, основанный тремя годами ранее, в 1776 году. В роли преподавателей в этой школе были монахи-бенедиктинцы. Среди них был учитель математики, брат Лапорт, который стал не только наставником для молодого Луи, но и старшим другом.
Позже, когда Даву достиг высоких званий маршала Франции, герцога и князя империи, он продолжал испытывать благодарность, любовь и уважение к этому доброму человеку.
Получив основательную подготовку в военном училище Осера, будущий маршал 23 сентября 1785 года поступил в Парижскую военную школу на правах кадета-дворянина (cadet-gentilhomme). Кстати, за 13 месяцев до поступления туда Даву, эту школу окончил юный Наполеон Бонапарт.
2 февраля 1788 года, по окончании школы, 17-летний Луи-Никола Даву был произведён в су-лейтенанты и зачислен в тот самый Королевский Шампаньский кавалерийский полк (в 1791 году стал 19-м кавалерийским полком), который был расквартирован в пикардийском городке Эден.
Революция застала его в девятнадцатилетнем возрасте. Он принял её идеи с искренней убеждённостью.
Луи-Никола разделял революционные идеи, которыми, вероятно, «заразился» в Парижской военной школе, читал труды философов, мечтал о свободе и равенстве и очень скоро в обществе остальных офицеров полка, ярых роялистов, почувствовал себя «синей» вороной среди «белых». Узнав о том, что 18-летнего су-лейтенанта плохо приняли в полку, его дядя Жак-Эдм, прослуживший в этом же полку более 38 лет и вышедший в отставку майором, сказал:
Следствием его революционных симпатий стали два дисциплинарных взыскания: арест за отказ поднять тост за здоровье короля и арест за поддержку солдатского мятежа в полку.
В 1791 году он вышел в отставку, однако сразу же был избран сначала капитаном 8-й роты, а затем вторым подполковником (lieutenant-colonel) 3-го батальона волонтёров Йонны (3e bataillon des volontaires de l’Yonne).
Художник Алексис-Николя Периньон.
Этот портрет, созданный в 1834 году, представляет собой образ будущего «Железного маршала», запечатлев его в начале военной карьеры. Даву изображён в синем мундире Национальной гвардии, а в его глазах уже читаются холодная решимость и строгость — качества, которые выделяли его среди сослуживцев.
Портрет акцентирует внимание на его бургундском происхождении и ранней приверженности революционным идеалам. В отличие от многих офицеров той эпохи, Даву представлен здесь не как искатель славы или герой в эффектной позе, а как символ образованного, дисциплинированного солдата-гражданина, который намерен заслужить своё место исключительно за счёт талантов и безупречного чувства долга.
8 ноября 1791 года Даву женился на 23-летней Мари де Сегено.
Однако этот брачный союз оказался неудачным, поскольку сразу после свадьбы Луи-Никола пришлось уехать к месту службы, и с тех пор он почти не видел супругу. За весь период от женитьбы до развода, последовавшего 4 января 1794 г., Даву провёл с Мари не более 35 дней.
Молодая женщина, обречённая на долгую разлуку с мужем, не стала хранить ему верность…
Первые военные кампании Даву — в составе Северной армии (armée du Nord) под командованием О’Морана и с 1792 года в Бельгийской армии. Он участвовал в боях на реке Рёр и в сражении при Нервиндене (Neerwinden).
Однако, когда в его лагерь под Конде прибыла третья делегация, состоящая из военного министра Бёрнонвиля и четырёх комиссаров, для того чтобы призвать его к ответу, Дюмурье отправил их пленными в австрийский лагерь. Когда его прокламация о восстановлении монархии не получила поддержки и большинство войска отказалось подчиняться, в апреле 1793 года он был вынужден бежать к австрийцам.
Событие, определившее репутацию Даву, произошло в 1793 году: когда главнокомандующий Дюмурье (Dumouriez) предал Республику и перешёл на сторону врага, Даву сохранил батальон в верности долгу и приказал открыть по изменнику огонь — тот лишь чудом спасся.
1 мая 1793 г. Даву был назначен командиром полубригады, в которую вошёл его прежний батальон, а также 3-й батальон волонтёров Об и 2-й батальон 104-го пехотного полка.
В том же 1793 году он был произведён в бригадные генералы (général de brigade).
Однако закон, запрещавший «бывшим дворянам» командовать войсками, принудил его покинуть армию. Он удалился в своё имение в Равьере (Йонна), где изучал труды по военному искусству.
Тем не менее, после термидорианского переворота Луи-Никола Даву вернулся на военную службу.
Годы становления. Египет (1794–1800 годы)
Назначенный бригадным генералом кавалерии в армию Атлантического побережья, а затем в Мозельскую армию (октябрь 1794), Даву принял участие в осаде Люксембурга.
В рядах Рейнско-Мозельской армии (armée de Rhin-et-Moselle) под командованием генерала Дезе (Desaix) — человека, ставшего его ближайшим другом и покровителем, — он отличился при взятии Мангейма.
Художник Жан-Урбен Герен.
Луи Шарль Антуан Дезе (Louis Charles Antoine Desaix; 1768—1800) — французский генерал, участник Египетского похода Бонапарта, герой сражения при Маренго, в котором и погиб.
Он был убит пулей в сердце первым же залпом. Его последние слова были: «Скройте от солдат мою смерть, это может помешать успеху».
Но он ошибся: узнав о смерти любимого командира, солдаты пришли в такую ярость, что не давали уже пощады австрийцам.
После сдачи Мангейма 22 ноября 1795 г. австрийцам, в составе 9-тысячного французского гарнизона был и бригадный генерал Даву. Однако, благодаря любезности австрийского главнокомандующего графа Вурмзера, который в молодости был офицером французской армии и хорошо знал дядю Даву, Луи-Никола был отпущен во Францию, дав честное слово не служить до тех пор, пока его не обменяют на неприятельского военнопленного того же ранга.
Возвратившись домой, Даву провёл шесть месяцев в Равьере вместе с матерью и сестрой, использовав этот период вынужденного безделья для изучения военных наук.
В июне 1796 г. Даву, узнав об обмене его на австрийского генерала, отбыл в Рейнско-Мозельскую армию, которую тогда возглавлял Жан-Виктор Моро. Прибыв на Рейн накануне его форсирования французскими войсками, он не получил конкретной должности и был прикомандирован к штабу дивизионного генерала Ферино, который командовал в армии Моро 16-тысячным корпусом.
Позднее он сражался при Кёле, Хасслахе (Haslach) (июль 1796), участвовал в переправе через Рейн в составе дивизии Дюшен (division Duchesne).
21 апреля 1797 года в Оффенбурге он, имея под своей командой 8-й и 9-й гусарские полки, усиленные 13-м драгунским полком, захватил фургон генерала Клинглина с секретной перепиской французского генерала Пишегрю (Pichegru) с принцем Конде — это был важнейший разведывательный успех.
Кампании на Рейне сделали имя генерала Даву известным во французской армии.
24 мая 1797 г. Директория отправила ему поздравительное письмо, в котором отмечалась «республиканская доблесть» молодого бригадного генерала, проявленная им при форсировании Рейна.
Походы 1796—1797 годов оказались для Луи-Никола очень полезными, так как позволили получить ценный боевой опыт и, кроме того, помогли сблизиться с генералом Дезэ.
12 января 1798 г. бригадный генерал Даву был зачислен в состав так называемой «Английской армии», официально предназначенной для высадки на Британские острова, а фактически готовящейся к экспедиции на Ближний Восток. Главнокомандующий этой армией Наполеон Бонапарт отобрал в неё лучших генералов, в том числе Дезэ, который взял с собой Даву и двух адъютантов — Раппа и Савари.
22 марта в Париже Дезэ представил Луи-Никола генералу Бонапарту. Это была первая встреча будущего маршала с будущим императором Франции.
Когда была снаряжена Египетская экспедиция, Даву вошёл в ее состав во главе кавалерийской бригады дивизии генерала Дюма.
11 июня он вошел в состав кавалерийской дивизии Дезе, приняв бригаду генерала Мирёра, который был убит бедуинами.
Полки этой бригады (22-й конно-егерский и 20-й драгунский), прибывшие в Египет почти без лошадей, действовали тогда в пешем строю.
13 и 21 июля генерал Даву принял пассивное участие в бою под Шубрахитом и в сражении при Имбабе, называемом также битвой у Пирамид. Находясь внутри большого каре, образованного дивизией Дезэ, он наблюдал, как французские пехотинцы и артиллеристы отбивали смелые, но беспорядочные конные атаки мамелюков Мурад-бея.
Рисунок И.Беланже.
Позднее бригада Даву принимала участие в усмирении бунтов коренного населения в Сауаки и Тахта.
В августе 1799 г. Даву был назначен губернатором провинции, охватывающей области Эль-Файюм, Миние и Бени-Суэйф, но фактически остался служить в кавалерийской дивизии.
После того как 24 августа Наполеон Бонапарт отбыл во Францию, сдав командование «Восточной армией» генералу Клеберу, в стране разгорелась борьба генеральских кланов. Луи-Никола поддерживал бонапартистскую партию, выступавшую за сохранение в Египте французского правления. С отъездом Бонапарта влияние этой группы заметно ослабло, и верх взяли сторонники эвакуации.
В марте 1800 года Даву вместе с Дезе отплыл из Александрии и в мае того же года высадился в Тулоне.
По случаю возвращения Дезэ и Даву из Египта первый консул Наполеон Бонапарт опубликовал в официозной газете «Moniteur universelle» торжественную прокламацию, весьма лестно характеризовавшую обоих генералов:
После окончания карантина генералы Дезэ и Даву должны были по распоряжению первого консула Бонапарта, находившегося тогда в Лозанне, отправиться к нему и принять участие в Итальянской кампании. Однако Луи-Никола из-за болезни остался во Франции, а Дезэ уехал на фронт и пожертвовал своей жизнью, обеспечив французам победу при Маренго 14 июня 1800 года.
Смерть покровителя и друга глубоко потрясла Даву, но, по иронии судьбы, способствовала его карьерному росту. Бонапарт, высоко ценивший Дезэ, решил вознаградить всех верных соратников погибшего героя. Наряду с Раппом и Савари, Даву также получил эту благосклонность первого консула.
3 июля 1800 года Луи-Никола Даву был произведён в дивизионные генералы (général de division). Он получил командование кавалерией Итальянской армии, которой тогда командовал генерал Брюн.
Должность, которую занимал в этой армии Луи-Никола, являлась по существу административной, так как в походе его кавалерия не составляла отдельного соединения, а все полки были распределены по различным корпусам и дивизиям, непосредственно подчиняясь их командирам.
На вершине власти. Маршал Империи (1801–1805 годы)
Гравюра Поля Жираре по мотивам картины Карла Жираре (1847 год).
Эта драматическая сцена, заимствованная из произведения Адольфа Тьера, ярко отражает холодную решимость «Железного маршала». На белоснежном коне Даву возвышается над происходящим, излучая спокойствие, которое резко контрастирует с бурей вокруг. У его ног из густой травы виднеется безжизненное тело солдата, служащее мрачным напоминанием о высокой цене победы.
Рядом с маршалом следует преданный ординарец, в то время как справа от них французская пехотная колонна продвигается вперёд с идеальной дисциплиной, ставшей символом 3-го корпуса.
Эта гравюра стремится не просто увековечить образ человека, но и раскрыть его величие — гениальность полководца, который умеет сохранять железный порядок в беспощадном хаосе битвы.
Даву последовательно занимал должности инспектора кавалерии (inspecteur général de la cavalerie), командующего пешими гренадерами Консульской гвардии (grenadiers à pied de la Garde consulaire).
Даву фактически пришлось командовать всей гвардейской пехотой, в то время как генералы Бессьер и Сонжи возглавляли кавалерию и артиллерию этого элитного корпуса. В тот же период в гвардию вместе с Даву были переведены ещё двое бывших «людей Дезэ» — Рапп и Савари, поставленные соответственно во главе мамелюков и отборных жандармов.
29 (по другим данным — 30) августа 1803 года Даву был назначен командующим войсками лагеря при Брюгге (camp de Bruges).
Войска Даву (12 пехотных полубригад, переименованных с 24 сентября 1803 г. в полки, и 2 кавалерийских полка) были собраны в лагерях, расположенных вдоль морского побережья от устья Шельды до порта Кале, среди болот Эклюза, Ньёпора и Фюрна.
19 мая 1804 г. во Франции была превозглашена Империя, причём большая часть населения встретила эту новость с энтузиазмом. Месяц спустя (19 июня) император Наполеон Бонапарт восстановил чин маршала Франции, дав его 18-ти лучшим своим генералам, в том числе Даву. Тридцатичетырёхлетний Луи-Никола Даву стал маршалом Франции (maréchal) — самым молодым в первом наполеоновском производстве.
Одновременно он получил звание генерал-полковника (colonel général) Императорской гвардии (Garde impériale) — одного из четырёх держателей этого поста, — стал великим офицером (grand-officier) Почётного легиона (Légion d’honneur) и шефом его 6-й когорты (эта когорта охватывала территорию прежней провинции Бургундия (родины Даву), а её центр находился в Дижоне).
Следует отметить, что в наполеоновской армии пост генерал-полковника Императорской гвардии носил административно-командный характер (шеф полков гвардии), а не чисто военный.
2 февраля 1805 года ему был пожалован Большой орёл (grand-aigle) ордена Почётного легиона.
Ауэрштедт. Польская кампания (1805–1808 годы)
Во время первой Австрийской кампании 1805 года Даву командовал 3-м корпусом Великой армии (3e corps de la Grande Armée).
Перед сражением при Аустерлице его войска совершили переход в 144 километра за 36 часов.
14 октября 1806 года произошло сражение, увековечившее имя Даву в военной истории. Пока Наполеон разбивал пруссаков при Йене, Даву с тремя дивизиями (около 27 000 человек) столкнулся у Ауэрштедта (Auerstaedt) с главными силами прусской армии под командованием герцога Брауншвейгского — порядка 54-60 000 солдат.
Художник Ж. Жирбаль.
Здесь командующий 3-м корпусом на дороге у Хассенхаузена. Перед ним орудие со сломанным колесом, оставленное отступающей прусской конной батареей Грауманна. Маршал приказывает солдатам 25-го линейного полка из дивизии Гюдена запять новые позиции севернее Хассенхаузена.
Несмотря на трёхкратное превосходство противника, Даву сначала остановил прусское наступление, а затем разгромил неприятеля наголову. Герцог Брауншвейгский был смертельно ранен.
3-й корпус маршала Даву (~27 000 чел.) против главных сил прусской армии герцога Брауншвейгского (~54 000 чел.).
Несмотря на двойное превосходство противника, Даву разгромил пруссаков наголову — в то время пока Наполеон сражался у Йены. Герцог Брауншвейгский был смертельно ранен.
Победа при Ауэрштедте по праву считается вершиной тактического мастерства маршала Даву.
Художественная реконструкция на основе исторических данных.
Наполеон, получив донесение, поначалу не поверил ему — столь невероятной представлялась одержанная победа. Оценив её значение, он назначил Даву первым вступить в Берлин: 25 октября (по некоторым данным 27 октября) 1806 года маршал торжественно провёл свой корпус через Бранденбургские ворота.
Войска маршала Даву торжественно вступают в прусскую столицу. Наполеон, оценив блестящую победу при Ауэрштедте, назначил Даву первым вступить в Берлин во главе своего корпуса.
Современная художественная реконструкция.
Берлинские власти хотели вручить «железному маршалу» ключи от города, но Даву сказал, чтобы их отдали «более великому, чем он».
На следующий день Наполеон торжественно въехал в Берлин и принял эти знаки покорности неприятельской столицы.
В польской кампании победы множились: разгром русских у Чарново (Czarnowo) и Голымина (Golymin), занятие Кюстрина (Custrin), Познани (Posen) и Варшавы, командование правым крылом в тяжелейшем сражении при Эйлау (Eylau), занятие Кёнигсберга.
28 марта 1808 года Даву стал герцогом Ауэрштедтским (duc d’Auerstaedt) и был назначен генерал-губернатором Варшавского герцогства (grand-duché de Varsovie).
Твёрдое, но справедливое управление снискало ему уважение польского народа.
Что касается доходов Даву, то он получал годовой доход в размере 910 840 франков благодаря:
— 1. пожертвованию от Великого княжества Варшавского 30 июня 1807 года;
— 2. пожертвованию из Большой книги государственного долга 23 сентября 1807 года;
— 3. пожертвованию от Вестфалии и Ганновера 10 марта 1808 года;
— 4. уступке замка Брюль и пожертвованию от соледобывающих предприятий Наухайма и горы Милан 15 августа 1809 года.
Кампании 1809 года. Принц Экмюльский
9 апреля 1809 года началась Вторая германская кампания.
Во главе 3-го корпуса Даву одержал победы у Танна (Thann) и Шерлинга (Schierling).
Кульминацией стал бой у Экмюля (Eckmühl) 23 апреля: корпус Даву оказался один на один с главными австрийскими силами. Приняв инициативу атаки на себя, маршал вынудил противника отступить.
Автор неизвестен, около XIX века.
В решающем сражении при Ваграме (Wagram) 6 июля 1809 года удар 3-го корпуса на правом крыле позволил Массена восстановить положение в центре. 15 августа 1809 года в Шёнбрунне Наполеон пожаловал маршалу титул принца Экмюльского (prince d’Eckmühl).
Литография, 1826 год.
Printed by: Aloys Senefelder.
Published by: Chaillou-Potrelle (Lugt 619).
Владыка севера. Канун Русской кампании (1810–1812 года)
С 1 января 1810 года Даву — главнокомандующий Германской армией (armée d’Allemagne).
С 1 декабря того же года в его руках сосредоточилась власть генерал-губернатора ганзейских городов (villes hanséatiques): Гамбурга, Любека и Бремена, из которых образовывались три новых французских департамента. Под его контролем находилась система Континентальной блокады на севере Европы.
Художник: Maulet Amédée (1810-1835).
По поручению Наполеона он провёл реорганизацию Великой армии накануне Русской кампании, создав боеспособную силу численностью свыше 600 000 человек. Он был убеждён, что этот поход — безрассудство, однако как солдат исполнял полученный приказ.
К 1 апреля 1812 года 1-й корпус Великой армии (1er corps de la Grande Armée) под командованием Даву насчитывал 67 000 человек. Корпус переправился через Неман 24 июня 1812 года.
Русская кампания 1812 года
На протяжении всего похода 1-й корпус выделялся образцовыми дисциплиной и боеспособностью — редкое качество в условиях общей дезорганизации Великой армии. Генерал де Сегюр позднее писал:
При Бородино (la Moskowa/la bataille de la Moscova) 26 августа Даву предложил Наполеону глубокий обходной манёвр, способный решить исход сражения. Наполеон отверг предложение.
Тем не менее маршал проявил исключительную стойкость в бою — несмотря на ранения и убитого под ним коня.
Маршал Луи-Никола Даву продолжает командование войсками, несмотря на ранение и гибель коня под ним. Его 1-й корпус сражался у Семёновских флешей. По свидетельству генерала де Сегюра, Даву выделялся среди маршалов образцовым порядком и дисциплиной войск на протяжении всей Русской кампании.
Художественная реконструкция на основе исторических свидетельств.
Победа была достигнута дорогой ценой: армия Кутузова сохранила боеспособность и отступила в полном порядке.
Художник Василий Верещагин.
16 октября 1-й корпус покинул Москву, прикрывая отступление Великой армии. При отходе из России корпус Даву вёл жестокие арьергардные бои: у Вязьмы (3 ноября), у Красного (17 ноября), на переправе через Березину (Bérézina).
После Сморгони (5 декабря) при Даву оставались лишь несколько тысяч солдат.
Наполеон, покидая армию, лично подошёл к маршалу, «спросил мягко, почему он его больше не видит» и «обнял его в знак доверия» (де Сегюр).
Оборона Гамбурга. 1813–1814 годы
В ходе новой Германской кампании Даву оборонял Дрезден с 9 по 19 марта 1813 года.
30 мая 1813 года он вступил в Гамбург и превратил его в неприступную крепость: завёз огромные запасы, возвёл укрепления, установил железную дисциплину. Противник предпринимал атаки и попытки подкупа — безуспешно.
Маршал Даву на укреплениях осаждённого города. Более года он удерживал крупнейший порт Северной Германии, отражая атаки союзных войск, — и сдал его лишь по прямому приказу Людовика XVIII после отречения Наполеона.
Современная художественная реконструкция.
Маршал удерживал Гамбург свыше года — до получения прямого приказа Людовика XVIII.
Эвакуация из Гамбурга состоялась 27–28 мая 1814 года.
Прибыв в Париж 17 июня 1814 года, Даву получил приказ жить вне столицы — своеобразная форма опалы за проявленную независимость. Он направил Людовику XVIII развёрнутый «Мемуар» в своё оправдание; но король оставил его без ответа.
Сто Дней. Ватерлоо. Опала (1815–1817 годы)
Художник Тито Марцокки де Беллуччи по оригиналу Клода Готеро, около 1854 года.
20 марта 1815 года в Тюильри появился вернувшийся с Эльбы Наполеон. Даву оказался единственным маршалом Империи, ни разу не присягнувшим королю, — и потому единственным, кто встретил Императора без угрызений совести.
— Государь, у меня один ответ: я принимаю министерство.
Даву принял портфель военного министра (ministre de la Guerre) и за несколько недель сформировал новую армию из ветеранов, пленных и призывников. 21 июня 1815 года весть о катастрофе при Ватерлоо достигла Даву в Париже. Он понял, что всё кончено.
Палата представителей принудила Наполеона к отречению. На Даву была возложена тяжелейшая из обязанностей: известить Императора о необходимости покинуть столицу.
Прощание оказалось холодным.
До начала XX века этот ценный и очень редкий экспонат находился в собрании Военного музея.
Впоследствии её просто вывезли и уничтожили!
3 июля 1815 года маршал подписал перемирие с союзниками.
27 декабря 1815 года Даву был выслан в Лувье (Louviers) и лишён жалованья. Лишённый дохода от пожалований, он вместе с семьёй испытал настоящую нужду.
В 1817 году Людовик XVIII возвратил ему маршальский жезл.
5 марта 1819 года он был введён в Палату пэров (Chambre des pairs) наряду с маршалами Сюше, Ожеро, Лефевром, Мортье и Журданом.
Смерть Даву и его наследие
В отличие от многих своих современников, Луи-Николя Даву мирно скончался в своей постели 1 июня 1823 года, в возрасте пятидесяти трёх лет, поддавшись болезни, но окруженный всеобщим уважением, в том числе и со стороны бывших врагов, которые приветствовали его как единственного непобежденного лидера.
Его тело покоится на кладбище Пер-Лашез (участок 28). Гробница Даву, отличающаяся простотой, отражающей его характер, является местом паломничества для тех, кто восхищается его строгостью и чувством долга.
Он человек больших заслуг, редкой честности и непоколебимой храбрости.
Он единственный из моих маршалов, кто никогда не проигрывал в сражениях.
«Железный маршал» (le Maréchal de Fer) — так называли его солдаты.
Единственный из маршалов Наполеоновской империи, он не потерпел ни одного поражения в открытом бою.
Сегодня его имя по-прежнему на слуху:
— В Париже: бульвар Даву (20-й округ) увековечивает память о маршале в знаменитом кольце маршалов, окружающем город;
— Под Триумфальной аркой: его имя выгравировано заглавными буквами на восточной колонне (колонна 13), что почитает его среди самых выдающихся защитников родины;
— В Савиньи-сюр-Орж, в его замке, который он так любил, теперь находится средняя школа, носящая его имя, что увековечивает его стремление к образованию и дисциплине будущих поколений;
— В военной истории: Ауэрштедт остается изучаемым в военных училищах по всему миру как абсолютный образец «ближнего боя» и сопротивления армейского корпуса численно превосходящим силам.
Мундир маршала Даву, 1810 год
маршальский мундир (малая форма).
Маршал Луи-Никола Даву как генерал-полковник (colonel général) Пеших гренадеров Старой гвардии (Grenadiers à Pied de la Vieille Garde) носил особый мундир, созданный на основе парадной формы старших офицеров этого полка.
Такой мундир надевался исключительно в Париже, в дни больших парадов и торжественных церемоний.
Головной убор: шапка офицерского образца (bonnet d’officier) из натурального медвежьего меха, выкрашенного в черный цвет на кожаной основе.
К нижней части головного убора пришивалась полоса тонкой кожи натурального цвета, предназначенная для крепления внутренней льняной шапочки. Эта конструкция позволяла регулировать, как шапка сидит на голове.
С лицевой стороны дно шапки было украшено круглой деталью из алого сукна, в центре которой изображалась пылающая граната, вышитая металлическими золотыми нитями на подкладке из того же сукна с использованием золотой канители, фольги и блесток.
На передней части шапки внизу крепилась рельефная фигурная бляха, изготавливаемая из позолоченной латуни или меди, с последующей чеканкой и гравировкой. В центре бляхи изображался императорский коронованный орел, сидящий на громовой колеснице Юпитера, от которой расходились молнии. Нижние углы были украшены изображениями пылающих гранат, а по краям шла рельефная окантовка.
Этишкет (étishket) с золотыми овальными ракетками и кистями из золотых металлических нитей и канители.
Высокий белый султан (plumet) из перьев цапли. Ножка султана вставлялась в кожаный карман слева на головном уборе.
Там же закреплялся полусферический помпон-кокарда (pom-pon-cocarde), изготовленный либо из трехцветной шерсти на деревянной основе, либо из золотых металлических нитей и канители.
Мундир: тёмно-синего сукна высшего качества; алые обшлага, белые лацканы с выпушками, алые подбои фалд.
На фалдах ниже лифа помещались фигурные клапаны ложных вертикальных карманов, которые кроились из мундирного сукна. На отворотах фалд помещались изображения пылающих гранат и молний, вышитых на кусочках алого сукна металлическими позолоченными нитями с добавлением золотой фольги и блесток.
Богатое золотое шитьё в виде дубовых ветвей с жёлудями — традиционного орнамента гренадерских полков.
шитье и пуговицы на маршальском мундире.
Позолоченные плоские пуговицы из латуни с изображением скрещенных маршальских жезлов (bâtons de maréchal), перевитых лентой ордена Почётного легиона (ruban de la Légion d’honneur).
По семь пуговиц меньшего диаметра пришивались на каждой полочке и служили для пристегивания лацканов, по одной — у воротника для пристегивания эполет и по три — на обшлагах для пристегивания клапанов обшлагов. Две пуговицы большего диаметра пришивались на лифе и по три — в углах клапанов ложных карманов фалд.
Эполеты: богато шитые золотом; на клапанах — шевроны и стилизованные маршальские жезлы.
Поле эполет украшают фигурные щитки с пятью золотыми звездами, в то время как официально там не должно было быть ни одной!
Валики и толстая бахрома эполет свиты из золотой канители, а контр-погончики украшены вышивкой из тонкой золотой канители и блесток.
эполеты на маршальском мундире.
Аксельбант (aiguillette): из золотого шнура с двумя косицами — отличие генерал-полковника гвардии.
Жилет: белый однобортный жилет с золотым шитьём. Скошенные края жилетного воротника не застегивались и оставляли видимым шейный платок из белого шелка.
При надетом мундире жилет снизу был практически не виден, та к ка к закрывался поясным шарфом (ceinture-écharpe) из золотых и белых шёлковых нитей .
Белые кюлоты (culotte); ботфорты (bottes à revers).
Знаки отличия: звезда ордена Почётного легиона на груди; офицерский крест того же ордена в петлице; знак ордена Железной короны (Couronne de Fer); алая лента ордена Почётного легиона через правое плечо.
Конское снаряжение: седло тяжёлой кавалерии из малиновой кожи и бархата.
Парадный чепрак (schabraque) и чушки (pistolier) из малинового бархата с золотыми галунами и канительной бахромой; в углах чепрака — вышитые золотые короны.
Рисунок Шарле, послуживший источником для изображения ниже, можно датировать 1810 годом, поскольку в иные годы империи маршал Даву постоянно находился в действующей армии.
Источник: Алехин «Наполеоновские войны. Мундиры европейских армий», Москва «Яуза» «Эксмо» 2007 стр. 69–71
Награды маршала Даву
Французские награды:
Орден Почётного легиона:
— Легионер (11 декабря 1803 г.);
— Великий офицер (14 июня 1804 г., а также глава 6-й когорты);
— Большой Орел Ордена Почётного легиона (2 февраля 1805 г.);
Рыцарь Ордена Святого Людовика (10 февраля 1819 г., Королевство Франция).
Иностранные награды:
Рыцарь Ордена Железной короны (Королевство Италия);
Большой крест Ордена Христа (28 февраля 1806 г., Королевство Португалия);
Большой крест Ордена Белого орла (Варшавское герцогство);
Большой крест военного ордена Святого Генриха (16 апреля 1808 г., Королевство Саксония);
Большой крест военного ордена Максимилиана Иосифа Баварского (Королевство Бавария);
Большой крест военного ордена «Virtuti Militari» (17 апреля 1809 г., Варшавское герцогство);
17 апреля 1809 года маршал Луи-Николя Даву был награждён Большим крестом Военного ордена «Виртути Милитари».
Большой крест ордена «Виртути Милитари» был вручён всего дважды в период Первой империи: впервые — князю Понятовскому (который только что восстановил этот орден), а во второй раз — Даву в 1809 году в начале австрийской кампании за важные заслуги, проявленные в Польше в 1807 и 1808 годах.
Золото, эмаль.
Размеры: 92 х 45 мм;
Вес: 44 г.
Большой крест Ордена Святого Стефана Венгерского (4 апреля 1810 г., Австрийская империя);
Большой крест военного ордена Марии Терезии (Австрийская империя);
Большой крест Ордена Слона (Дания-Норвегия).
Три маршальских жезла Даву
Маршальский жезл — символ доблести и военной славы — является высшей мечтой каждого солдата. Он побуждает тысячи людей стремиться к победе.
У маршала Даву было три жезла:
1. Жезл, полученный в 1804 году: утерян 5/17 ноября 1812 года в Добро, к западу от Красного.
История этого жезла, принадлежавшего д’Аву, хорошо известна.
Прапорщик лейб-гвардии Финляндского полка Н.П. Карнович нашел его среди трофеев, захваченных в сражении под Красным в ноябре 1812 года. Батальонный командир штабс-капитан С.В. Байков, посланный курьером к императору, лично доставил жезл в Петербург. Александр I снял со своей груди орден Святого Георгия 4-й степени и наградил офицера.
В рескрипте на орден, полученный Байковым, захват маршальского жезла отмечен:
О захвате маршальского жезла оповестили население со страниц «Санкт-Петербургских ведомостей».
13 ноября, во время торжественного молебна в Петербурге по случаю получения известия о разбитии корпуса Даву захваченные знамена и жезл были выставлены на всеобщее обозрение. По императорскому указу реликвия осталась в соборе, где, по словам князя Кутузова, «победа украшает святыню, а святыня возвеличивает победу».
Жезл Даву в стеклянном футляре с медной оправой хранился на стене вблизи могилы Кутузова.
На табличке под футляром имелась пояснительная надпись, что жезл был отбит у неприятеля в числе прочих трофеев под Красным 5 ноября 1812 года.
В начале XX века, в рамках подготовки к годовщине победы, хранившиеся в соборе трофеи — знамена, ключи от крепостей и жезл д’Аву — были «на постоянной основе» переданы в московский Музей Отечественной войны 1812 года.
Деревянный цилиндр, обтянутый синим бархатом, имеет длину до 483 мм и диаметр 40 мм, благодаря чему его удобно держать в руке.
На ткани — 32 императорских одноглавых орла, вышитых золотыми (серебряными) нитями и расположенных в четырех параллельных колоннах в шахматном порядке, по восемь орлов в каждой.
Концы закрыты золотыми колпачками.
Надпись на верхней крышке гласит: Louis Nicolas Davout nommе par l’Empereur Napolеon Marеchal de l’Empire, le 29 Florеal, an XII (Луи Никола Даву был удостоен звания маршала Империи императором Наполеоном 29 флореала 12-го года Республики (19 апреля 1804 г.)).
На противоположной крышке был выгравирован латинский девиз: Terror belli. Decus pacis (добродетель мира — ужас войны).
Крышки украшены лавровыми венками.
Ныне этот жезл хранится в Государственном историческом музее, его история известна и подтверждается многочисленными документами.
2. Жезл, изготовленный взамен предыдущего, которым маршал пользовался с 1812-13 по 1814 год и в 1815 году.
В настоящее время находится в Военном музее в Париже.
Эти два жезла одной модели и украшены изображением орла.
3. Придворный «посох», который, как предполагается, несли на коронации императора. Он другой модели и украшен пчелами вместо орлов.
В настоящее время находится в музее в Осерре.
Семья маршала Даву
Даву был известен своей преданностью своей жене Луизе Эме Жюли Даву (урожденной Леклер, сестре Шарля Леклерк и невестке Полины Бонапарт), на которой он женился в 1801 году и которая оставалась с ним до его смерти.
Их брак был полон любви, и, похоже, супруги были верны друг другу, несмотря на очень длительные периоды разлуки.
Между Луи-Никола и Эме с самого начала совместной жизни установилась полная и чудесная гармония, царившая на протяжении всех 22-х лет их брака. Об этом свидетельствуют многочисленные письма, которыми супруги Даву обменивались практически ежедневно во время их частых и нередко долгих разлук, вызванных служебными командировками маршала и его военными походами.
В 1802 году, зная о любви своей жены к деревне, цветам и садам, генерал Даву приобрёл живописное поместье в Савиньи-сюр-Орж (к югу от Парижа) — настоящий рай для влюблённых, где Луи-Никола и Эме пережили прекрасные моменты своего супружества.
У них было восемь детей, четверо из которых умерли в детстве:
— Пол (1802–1803 годы);
— Жозефина (1804–1805 годы);
— Антуанетта Жозефина (1805-19 августа 1821 года), вышла замуж в 1820 году за Ахилла, графа Феликса-Вижье;
— Адель Наполеоне (июнь 1807 — 21 января 1885 года), замужем 14 марта 1827 года за Этьеном, графом де Камбасерес;
— Наполеон (1809–1810 годы);
— Наполеон Луи, 2-й герцог Ауэрштедтский, 2-й и последний принц Экмюльский (6 января 1811 — 13 июня 1853 года), умерший неженатым и не имевшим потомства;
— Жюль (1812–1813 годы);
— Аделаида-Луиза (8 июля 1815 — 6 октября 1892), замужем 17 августа 1835 года за Франсуа-Эдмоном де Кулибофом, маркизом де Блоквилем.
Интересные сведения о Даву
— Он был среднего роста (то есть, среднего; заметьте: на самом деле, 1,72 м), лысый, близорукий; но обладал крепким телосложением.
— Маршал в очках: Для военачальника XIX века Даву был крайне близорук.
Он руководил маневрами и наблюдал за противником через очки, что усиливало его образ хладнокровного и расчетливого «военного профессора».
В битве при Ауэрштедте именно в очках он с математической точностью анализировал передвижения прусских войск, чтобы разгромить их.
— Честность, внушавшая ужас: В отличие от многих маршалов, наживавшихся на завоеваниях, Даву был образцом порядочности. Управляя обширными территориями, такими как Варшавское герцогство и Гамбург, он никогда не присваивал себе ни цента.
— «Робеспьер войны»: это прозвище он получил за свою железную дисциплину.
Даву требовал от своих офицеров безупречной гигиены и подготовки. Он был способен уволить полковника за простую оплошность в снаряжении своих солдат.
Для него победа зависела не от удачи, а от безупречной материально-технической и моральной подготовки, что сделало его 3-й армейский корпус абсолютной элитой Великой армии.
Заключение
Даву — бесспорно наиболее способный военачальник среди всех маршалов Наполеона.
При Ауэрштедте (14 октября 1806) он с тремя дивизиями (~27 000 чел.) разгромил главные силы прусской армии (~54–60 000 чел.) — одно из самых поразительных тактических достижений наполеоновской эпохи. Ни Мюрат, ни Ней, ни Бертье не могли похвастаться ничем подобным.
Оборона Гамбурга — выдающийся подвиг. Более года (с мая 1813 по май 1814) он удерживал огромный портовый город в условиях осады, уступая только прямому приказу.
Вместе с тем ряд его действий (изъятие золота Гамбургского банка, суровые меры к населению) вызвал критику и способствовал его опале при Реставрации.
Даву постоянно конфликтовал: с Мюратом (на протяжении всей русской кампании), с Бертье (штабные разногласия), с Луи XVIII (история Гамбурга).
При этом всем он был безупречно лоялен Наполеону — это был единственный маршал, не присягнувший Бурбонам.
